Смолотив все за пять минут, Мира требовательно уставилась на Полюшку. Неодобрительно покачав головой на столь скоростное сметание со стола всего съестного, лекарь, тем не менее, не стала отказываться от своих слов и наказав не шуметь, проводила девушку к своему единственному пациенту. Стоявшая в его комнате темнота, не помешала посетительнице разглядеть насколько сильно осунулось лицо Виктора. Его и так нельзя было назвать упитанным, а сейчас натянувшаяся кожа впалых щек четко обозначила скулы.
Тихонечко присев на стоявший у кровати табурет, Мира смахнула выступившие на глазах слезы и поправила слегка сбившееся одеяло. Больше ничего она сделать не могла и потому просто сидела и смотрела на мерно посапывающего Виктора. Раньше она никогда не уделяла ему столь пристального внимания и потому с удивлением обнаружила, что лицо ее друга несло немало следов отнюдь не спокойного детства. Едва заметный шрам начинавшийся на лбу проходил по левой брови и заканчивался чуть ниже глаза. Такие же шрамы вскоре обнаружились на левой же скуле и правой щеке. А левая кисть, которую Виктор постоянно скрывал под тонкой кожаной перчаткой, вообще оказалась одним сплошным давно зажившим ожогом. Позабыв обо всем на свете и полностью поддавшись своему любопытству, она оттянула край одеяла и преодолевая нахлынувшее смущение, принялась изучать видимую часть груди и живота парня. Помимо весьма привлекательного телосложения там обнаружились три небольших шрамика и фигурный ожог в виде молнии, по всей видимости прошедшей по касательной. Дальнейшее изучение тела оказалось прервано едва слышным покашливанием раздавшимся за спиной.
— И что это сейчас было? — пристально уставилась на Миру хозяйка дома, стоило им покинуть комнату Виктора.
— Ну, я поправила одеяло…А потом заметила шрамик и еще один…Вот…А потом решила посмотреть есть ли еше…Полюшка, а откуда у него столько шрамов?
— Одеяло она, видите ли, поправила. — недовольно пробурчала Полюшка. — Я тебе что разрешила!? Просто посидеть рядышком! А ты!? Всё! Больше не пущу! И можешь мне не лить тут слезы! Не поможет! — с превеликим удовольствием она опустила свою метелку на серебристую шевелюру и в три удара вымела Миру из своего дома. Лишь через три дня она вновь позволила ей навестить спящего Виктора, предварительно накормив заметно осунувшуюся девушку.
На торжественную процедуру выписки явились только Эльза и Кана, притащив на буксире едва не сбежавшую в последний момент Миру. Все остальные были на заданиях, зарабатывая себе на пропитание, потому лучшего момента для свершения своей маленькой мести Виктор даже не смог придумать.
— Ага! Явились! И как я вижу, все трое! Замечательно! — расплывшись в гаденькой улыбке, он потер в предвкушении руки. — В силу некоторых обстоятельств мне пришлось сдвинуть процесс вашего перевоспитания на целых две недели, но вы же не думаете, что я мог позабыть о чем-либо подобном!
— О чем это ты? — прикинувшись простушкой, предприняла попытку соскочить Кана.
— О том самом, дорогие мои. Невыполнение приказа командира в условиях ведения боевых действий карается по всей строгости законов военного времени. Надеюсь, мне всему такому ослабшему не придется бегать за вами по всему лесу, чтобы привести приговор в исполнение?
— Брат, а может ты сперва наберешься сил?
— Вот, Кана, учись, как надо начинать подлизываться к своего будущему истязателю! Не строить из себя ничего не понимающую дурочку, а подходить издалека, склоняя в процессе диалога своего собеседника к мысли насколько он не прав.
— А это поможет? — решила уточнить Кана.
— Со мной, нет! — сказал, как отрезал, Виктор. — Но сам факт подобной попытки не может меня не радовать! Растешь, сестренка! Ну что же, не будем терять время! Кто первый? — Видя, что добровольцы не спешат сделать шаг вперед, Виктор решил описать, что случится с отказниками — Значит так, дорогие мои девушки. Или вы сейчас с высоко поднятой головой и в тайне ото всех принимаете заслуженное наказание, или я потом переловлю вас по одной, обмажу медом и изваляю в перьях, после чего вывешу перед входом в гильдию. Кана, ты у нас тут осталась единственная без прозвища. Как тебе такое — "Чудо в перьях"!? Звучит!?
— Ты…ты…ты так не поступишь! — представив себе картинку во всех подробностях, предприняла попытку ретироваться Кана, но вырваться из крепкого захвата Эльзы у нее не вышло.
— А Мира? — решила уточнить Эльза, поскольку Дьяволица не участвовала в бою с нежитью.
— Она понесет такое же наказание за покушение на убийство вашего командира.
— Я согласна быть первой. — все еще не решаясь посмотреть Виктору в глаза, едва слышно вызвалась Миражанна.
— Замечательно! В таком случае, прошу в мой офис! — уже расстегивая ремень на штанах, он указал рукой на небольшой пенек. Присев на пенек, он похлопал по своим коленям — Ложись, дитя неразумное. Будем вбивать тебе мудрость предков через то место, которым ты думала.
