Ник направил ковыляющего мальчика чуть в сторону. Он старался обходить нечастые островки растительности. Из-за своего нездорового цвета она по-прежнему не внушала ему никакого доверия. Дождь окончательно прекратился. Небо и горизонт просветлели настолько, что ему с трудом верилось, что для мальчика, лишенного очков, вокруг по-прежнему расстилалась непроглядная ночь. Тем не менее он старался не забывать об этом и вовремя подсказывал Вэнди о встречных препятствиях, помогая обходить их или перешагивать.
Несмотря на то, что Вэнди сумел прийти в себя, на долгий утомительный путь он не годился. Ник мог бы попытаться нести его на руках, но прекрасно сознавал, что долго не выдержит. Вместо одного спотыкающегося спутника станет двое — только и всего. Им необходим был отдых, даже самый краткий.
Ник постоянно думал об этом, но мысль о том, что они все еще чересчур близки к базе Оркхага, гнала и гнала его вперед.
Оглядываясь назад, он видел, как постепенно руины города превращаются в мутное возвышение. Они отошли от развалин бывшей пристани уже вполне прилично. Справа бугрилась неровная, взрытая черными норами гора. Впереди, уже не очень далеко высилась, преграждая им путь высокая скала.
Вытянувшаяся гигантской полосой справа налево, она напоминала неприступную крепостную стену. Во всяком случае в том состоянии, в котором они сейчас находились, они действительно не готовы были на преодоление препятствий.
Где — то среди иззубренного подножия этой скалы они должны были найти временное пристанище.
Ник сонно приподнял голову. День был в полном разгаре. Бывшее дно умершего моря парило клубами белесого пара, и город вдали укутался в плотную дымку. Ник спал возле самого входа в пещеру. В прохладной глубине найденного ими укрытия спал сейчас Вэнди. Сон был единственным их лекарством, и Ник искренне надеялся, что, пробудившись, мальчик окончательно придет в себя.
Глаза его скользнули по декоративному узору пояса. Красноватого оттенка пух покрывал пестрые разводы и кожаные петли накидки. Тот же пух, но более густой и пышный, виднелся на ботинках. Хотя они и умылись в лужах дождевой воды, смыть жирные, налипшие на одежду пятна они не смогли.
Видимо, на время пребывания на Дисе им придется распроститься с элементарной чистоплотностью. Условия планеты не позволяли ни как следует простирать одежду, ни как следует высушить ее.
Дымка становилась все гуще, плотным туманом покрывая окружающее.
Здесь были бессильны и очки. Ник уныло подумал о том, что кто угодно мог беспрепятственно подкрасться к ним и, выждав удобный момент, напасть. Ему начинало казаться, что и слух подводит его. Нику мерещились шорохи и звуки, в существовании которых он откровенно сомневался.
Впрочем, все его страхи могли оказаться довольно безосновательными.
За время, что они провели в уютной пещере, лишь раз их побеспокоила необычного вида тварь, вооруженная огромными изогнутыми когтями. Осмотрев их маленькими глазками, она прыгнула, но луч бластера отбросил ее на камни. И тут же отовсюду начали выползать маленькие зверушки, которые не замедлили устроить настоящее пиршество возле обожженного тела хищника. Это нападение лишний раз напомнило, что им не следует забывать об осторожности. Ник спал вполглаза, держа палец на спуске. Воображение его работало вовсю, оказывая недобрую услугу хозяину. Обеспокоенный мозг не выходил из напряженного состояния, и внутреннему взору то и дело представлялись невиданных размеров чудовища, вооруженные множеством оскаленных голов, шипастыми крыльями и тяжелыми когтистыми лапами. Если существовал предел прочности человека, то Ник давно уже достиг его.
Проснувшись в очередной раз и с тревогой прислушавшись к шепчущей на разные голоса тишине, он подумал, что долго не выдержит. Надо было будить Вэнди и передоверить это дежурство ему. Спать без охраны было для них непозволительной роскошью. Он с сомнением поглядел в сторону посапывающего мальчика. Не уйдет ли он отсюда, как в тот раз? Вэнди видел приземляющиеся корабли, и Ник не мог знать, поверил ли мальчик в его объяснения о войне двух группировок. Если он убежден, что звездолеты принадлежат людям его отца, он может попытаться покинуть его и сейчас. Ник более не строил иллюзий. Влияние «Хакона», его мифический авторитет здесь, на Дисе уже мало чего стоили. Мальчик относился к нему с подозрением, которое росло или уменьшалось в зависимости от обстоятельств. Он вынужден был терпеть сообщество Ника, потому что не имел под рукой никого более. Каков ни был этот «подозрительный» Хакон, но он делит с мальчиком трудности и, рискуя собой, защищал от врагов. Вэнди безусловно нуждался в нем и будет нуждаться и далее до тех пор, пока не повстречает кого-нибудь, кого знал раньше.
Мозг Ника устало застыл перед двумя дорогами, двумя решениями, не в силах остановиться ни на одном. Сознание его висело на волоске, балансируя над бездонной, влекущей пропастью. Последний усилием он заставил себя протянуть руку и коснуться ноги спящего.
— Вэнди, придется немного подежурить тебе. Я просто валюсь с ног…
