Снова взмах волосатой руки, и два воина в плащах прошли за мной к флиттеру, щелкая хлыстами, когда мы миновали линию отгоняющих демонов. Я вытащил тяжелый ящик из трюма, куда погрузил его с такими надеждами. Один из воинов продолжал защищать нас от демонов, второй помог тащить ящик, и мы вернулись в лагерь.
Ящик поставили перед вождем. Случайно или намеренно, но он оказался рядом с конвертером Акки, и разница в размерах бросалась в глаза. Я продемонстрировал, что это действительно конвертер пищи, и ждал решения вождя.
Вождь жестом велел одному из воинов поднять лакиса. Животное плевалось и протестовало гортанными криками. Но подошло на расплющенных ступнях. Они кажутся неуклюжими, но способны день за днем с неизменной скоростью нести лакиса по пустыне.
Пинок в колено заставил животное снова опуститься, и рядом с ним поставили два конвертера. Потом продемонстрировали превосходство предложения Акки. Его машину можно поместить в багажную перевязь по одну сторону животного, а другое оборудование — по другую. А вот если погрузить мой конвертор, лакис больше ничего нести не сможет.
Вождь пошевелил пальцами, и появился второй обрывок шкуры лакиса. Я напрягся. Я-то считал, что мне предложат то, что не взял Акки, но, кажется, я был настроен излишне пессимистично. Впрочем, моя радость оказалась недолгой.
В петлях действительно лежали зораны. Но никакого сравнения с тем, что показали Акки. И мне не разрешили выбрать из того, что он оставил. Нужно брать то, что предлагают, — или возвращаться на корабль с пустыми руками, без пользы потратив свои последние кредиты. Приходилось удовлетвориться худшим и выбирать. Естественно, никаких камней с насекомыми, и только два относительно привлекательных желтых. Синие камни все с дефектами, приходилось тщательно осматривать их при отборе, и в конце я даже не был уверен, что покрыл расходы.
У меня есть еще второй конвертер, и я могу отыскать другое племя. С этой слабой надеждой я заключил сделку и забрал то, что выглядело хламом по сравнению с великолепной добычей Акки.
Он улыбался, когда я упаковывал камни и делал прощальные жесты. И все это время Иити оставался инертным, словно это действительно полоска меха вокруг моей шеи. Уходя из лагеря с ощущением тяжелого поражения, я впервые подумал, а почему все-таки он не принял участия в заключении сделки. Или я привык так полагаться на него, что не могу самостоятельно позаботиться о себе? Эта мысль меня встревожила. Когда-то я надеялся на отца, чувствуя себя в безопасности благодаря его мудрости и опыту. Потом был Вондар чьи знания настолько превосходили мои, что я предоставлял ему заботиться и о моей жизни. А вскоре после катастрофы, разорвавшей наши узы, появился Иити. Кажется, я человек лишь наполовину, нуждающийся в руководстве со стороны более мощного разума.
Я мог принять это и стать марионеткой Иити. Или делать собственные ошибки, учиться на них. Тогда у нас будут скорее партнерские отношения, а не отношения хозяина и слуги. Решать мне, и, возможно, Иити хотел, чтобы я сделал выбор, сознательно предоставив меня самому себе в виде испытания. А может даже, он захотел преподать мне урок, показать, насколько я беспомощен, когда пытаюсь действовать самостоятельно.
— Удачи и гладкого старта… — Это Акки насмешливо повторил мои слова, сказанные несколько минут назад. — Куда сейчас, Джерн? За жемчужинами крабов? Хочешь поспорим, что я и там возьму все лучшее?
Он рассмеялся, не дожидаясь моего ответа. Как будто знал, что мой вызывающий ответ будет всего лишь пустым хвастовством. Акки направился к своему флиттеру, а я к своему.
Но не сразу полетел за ним к кораблю. Если он тоже собирается поискать другой лагерь, я не хотел, чтобы он знал мой маршрут — хотя, конечно, он может проследить за мной с помощью сканнера.
Включив коммуникатор, я вызвал Ризка.
— Возвращаюсь. — Я ничего не добавил к этому. Каналы у флиттеров одни и те же, и Акки может услышать все, что я скажу.
Не пытался я и вступить в контакт с Иити, упрямо решив не прибегать к его помощи при решении своих проблем.
Взлетев, я понял, что эти проблемы легче не стали. Небо затянулось странной зеленоватой дымкой. С земли поднимались водовороты песка. Несколько секунд спустя небо над нами словно взорвалось, флиттер подхватило порывом ветра, с которым его двигатель не мог справиться.
На какое-то время мы оказались во власти вихря, и мне стало страшно. Флиттер не предназначен для полетов на больших высотах, а лететь над самой поверхностью опасно: можно удариться о Любое возвышение. Но выбора у меня не было. Я упрямо пытался удержать машину.
