— Я хочу знать, что вы скажете, прежде чем приму решение. — Объявил король. — Убит визирь Мосульского султана. Ассаины сделали свое подлое дело. Правители Багдада и Мосула прислали Дамасскому султану угрожающее послание, будто он покровительствует убийцам, и они готовы вторгнуться в его земли. Иерусалим не намного дальше Дамаска, кто поручится за их намерения. Султан спрашивает, готовы ли мы присоединиться к нему для отражения угрозы. Его посланник ждет, я должен дать ответ.
— Случилось, чего мы опасались. — Продолжал король. — Змея ужалила. Эти негодяи повсюду. Наше счастье, что их руки пока заняты, но, если они раздуют пожар, будет плохо всем. Со змеей нельзя договориться. Они получили, что хотели, разожгли войну.
— Пусть и дальше грызут друг друга. — Высказался Жоффруа.
— Так они доберутся до нас. — Не выдержал я.
— Почему они нападают на своих? — Произнес некто, неразличимый.
— Свои вызывают большую ярость, нежели чужие. Сирийцы не в ладах с Багдадом из-за основ веры. Измышления проклятого Старца — это их ересь, а багдадцы винят Сирию, здесь они видят ее источник.
— Это нам на руку. — Подсказал человек из темноты. Он вышел чуть вперед, и я увидал на плечах плащ с нашитым крестом, цвет в темноте был виден неотчетливо, я скорее угадал — красный на белой ткани. Я вспомнил рассказ моей Фреины. Эти люди стали появляться в городе.
— Багдад далеко от нас. — Сказал король. — Но есть опасность. Если они одолеют Дамаск, война дойдет до нас. Они разорят Палестину. Что ты думаешь, Артенак?
— Мы должны выступить на помощь сирийцам. Они хотят союзника? Они получат его. Но их победа не лучше поражения, я предпочту, чтобы они опасались нас и не слишком доверяли.
— Это не трудно. — Сказал король — Они хорошо помнят прошлое. А что думаешь ты, Роберт? — Обратился он к рыцарю с крестом на плаще.
— Мы должны получить плату за помощь. Я знаю, какую. У них — голова Иоанна. Пусть выдадут ее. Мы не можем смириться, пока она не попадет к нам. Я видел кисть руки Иоанна в Византии. Двадцать дней я жил ее светом. Я поклялся, мы будем иметь святыню. С ней мы встанем над Римом и Константинополем. И теперь, когда Дамаск просит нас о помощи, мы должны получить свое.
Рыцарь с красным крестом почти кричал. Для несведущих поясню, тело казненного Иродом Иоанна Крестителя чудесным образом сохранилось в расчлененном виде. Кисть его руки, которой был крещен Иисус, хранится теперь в золотом ларце в Византии под опекой Анны — дочери императора. Видно, этот Роберт был важным лицом, если ему дали приложиться к ларцу. Большая честь для избранных. А голова Иоанна, по упорным слухам, хранится в Дамаске. Там не подтверждают, и не отрицают, прячут, будто не веря до конца в своего Магомета. Много раз мы вели переговоры о выдаче, угрожая силой и прельщая деньгами, но они остались глухи.
— Потребовать сейчас, значит, сорвать переговоры. — Сказал король.
— Даже если мы захватим Дамаск, они спрячут голову так, что нам придется разнести город по камню. — Поддержал я.
— Нужно требовать. Мои люди готовы. Или пусть воюют сами.
— А что думаешь ты, Жоффруа? — Спросил король.
— Роберт прав. Пока не вернем святыни, нельзя считать наше назначение исполненным. Но сейчас не время ставить условия.
— Видно, они хорошо кормили тебя в плену. И лишили мужества.
— Или наградили благоразумием. — Подумал я и заспешил на помощь Жоффруа. — Мы не должны ставить условий. Антиохия и Эдесса разрушены землетрясением. Багдадцы пройдут сквозь них, как нож сквозь масло. А сирийцы… не удивлюсь, если такое же посольство они послали им навстречу. Они одной веры, и, если сумеют договориться, все переменится и нас ждет страшная война.
— Боюсь, Артенак прав. — Вздохнул король. — Сейчас их союз кажется невозможным, но кто знает.
— И еще. Даже если они передерутся, на свет выползут негодяи этого Старца. Ему это на руку. А мы окажемся рядом с убийцами, не признающими ни войны, ни мира. У нас не будет покоя в собственном городе.
— Я хочу, чтобы сирийцы заплатили за помощь. — Повторил рыцарь с крестом.
Король внимательно выслушал всех. По пути домой я понял, как стоит поступить и поспешил назад. Болдуин дремал, уронив на грудь голову.
— Мы должны согласиться на союз. — Сказал я. — Но нужно, чтобы не ты, а Жоффруа возглавил войско. Эмир поймет, мы не слишком доверяем ему, и будет вести себя так же. Мы — союзники поневоле. Жоффруа пойдет вперед, а остальные выступят позднее и не станут спешить.
— Ты знаешь, Жоффруа непостоянен, что будет, если злость лишит его рассудка.
— Предоставь это мне. — Попросил я. — Мне кажется, я знаю, как действовать. Назначь на завтра сбор. Жоффруа не упустит случая покрасоваться.
По заведенным правилам, раз в месяц король выбирается из города, чтобы на открытом месте испытать силу наших людей. Там они устраивают скачки, проверяют крепость луков и рубят набитые травой мешки. Рыцари ищут случай отличиться и съезжаются охотно.
