Он понимал, что мир велик и полон тайн, которые ему хотелось раскрыть. Ещё в школе его в первую очередь занимала биология. Разнообразие видов, влияние эволюции, антропология… Уже тогда он воображал, что станет великим антропологом и найдет ответ на несколько главных вопросов, что занимали многие ученые умы. А именно, почему все расы, зародившиеся в самых разнообразных условиях, имеют классическую человеческую форму? Да, они все различались по цвету глаз, кожи, волосяному покрову, размеру, росту… Да порой даже внутренние органы имели совершенно другое строение, количество и назначение! Однако, вопреки всему, все эти виды имели по десять пальцев на верхних и нижних конечностях, две руки, две ноги и одну голову, как и у самого Кор’роя. Почему только человеческий вид, был способен ментально эволюционировать, так как другие виды просто физически приспосабливались к условиям? Ну или выражаясь понятным для местных языком, почему только примат в свое время взял палку в лапу? И такие «приматы» были во всех звездных системах, где зародилась жизнь!
Но ведь это невероятно и противоестественно. Да это противоречило даже банальному закону больших чисел! Но отец не разделял его взглядов. И если поначалу ему нравилось увлечение сына, так как он считал, что тот изучает виды, чтобы знать, как наиболее эффективно убивать их, то, узнав истинные мотивы своего отпрыска, глава семьи Огас был крайне недоволен. Забрав мальчика из школы, он запихнул его в малое военное училище, чтобы из младшенького «недалекого» сына выбили всю дурь. Там Кор’рою пришлось затихариться и поумерить свой исследовательский пыл, надеясь, что рано или поздно отец сменит гнев на милость. Как же сильно он ошибался…
Закончив малое военное училище, Кор’рой набрался храбрости для серьезного разговора с отцом. Он подготовил множество весомых аргументов в пользу того, что на военном поприще его не ждет ничего хорошего, так как его исследовательская страсть ни на секунду не охладевала и он, по-прежнему, хочет стать антропологом. Аргументы были и впрямь весомые, вот только младший сын рода Огас не учел одного, а именно фанатичность своего отца. Не успел он опомниться, как его насильственно записали в «добровольцы» на использование новой улучшенной формулы сыворотки по улучшению генома.
Так как отец был видной шишкой, то Кор’роя забрали уже на следующий день после их серьезного разговора. Единственным человеком кто заступился за него была его мать. Однако, в патриархальной семье женщина не имела никакого права слова, поэтому сыворотку вкололи тем же вечером. Так Кор’рой стал мутантом. Промучившись несколько месяцев в лаборатории, его наконец-то выпустили на волю, чтобы он собрал дома необходимые вещи и прибыл в расположение части, которая была предназначена для сортировки новообращенных особей.
Вернувшись в родной, но не гостеприимный дом, Кор’рой не узнал своей матери. Женщина, бывшая пару-тройку месяцев назад в самом расцвете сил, была не похожа сама на себя и больше всего походила на свою бледную тень. За те месяцы, пока Кор’рой сходил с ума от перестройки организма и спонтанных трансформаций, его мама почти в буквальном смысле выплакала все глаза. Нет, в свое время, она безусловно знала за кого выходила замуж, но то, что её муж своими собственными руками обрек сына на скорую смерть – не укладывалось в её голове. В итоге, депрессия, сильный стресс для организма, отсутствие аппетита превратили её почти в старуху. Кор’рой успокаивал мать, как мог. Ни к чему ей были излишние страдания, поэтому он убедил её в том, что отец поступил правильно. Они – Огасы, и их призвание служить императору и участвовать в войне. Да и новая формула и впрямь показывала потрясающие результаты, относительно старой. Он сам, как несостоявшийся ученый, оценил повышение показателей продолжительности жизни визопода аж в триста процентов! И теперь вместо пяти-шести лет жизни, при благоприятных условиях, у него было около двадцати. Что было в принципе неплохо, учитывая обстоятельства и его новый статус…
Свой слом психики Кор’рой пережил в лаборатории и свыкся с тем, что его жизнь бесповоротно изменилась. Но не сказать, что это ему легко далось… В первые недели медицинский персонал даже боялся к нему приближаться, настолько младший сын рода Огас был не в себе. Но человек такое существо, которое ко всему приспосабливается. Поэтому Кор’рой нашел утешение в изучении самого себя. Сыворотка по «улучшению», а точнее будет выразиться по ИЗМЕНЕНИЮ генома человека была своеобразным коктейлем из вытяжек разнообразных существ, сильные стороны которых, ученые и пытались привить. В список входило более трех десятков существ. Первая сыворотка состояла всего из шести. И смертность при её использовании составляла семьдесят восемь процентов. Дело в том, что ученые хотели получить стандартный универсальный результат. Однако, то, что работало на подопытных животных, отказывалось работать в организме человека.
