му же карманы их почти пусты.
Братья Дуровы заняли место в тихом углу ресторана.
— Пару чая! —получил скромный заказ услужающий.
— За два года, что мы не виделись, много воды утекло,—про¬
должал начатый еще на улице разговор Анатолий.— С гимнастами
Николет я гастролировал в разных городах. Побывал в Риге, Либа-
ве, Митаве, Харькове. Но вот в Одессе крупно поссорился и разо¬
шелся со своими партнерами. И сразу сел на мель... Денег нет.
Знакомых директоров мало... А я, брат, обзавелся семьей, женился...
Кто она? Наездница... Верный мой друг и товарищ, разделяет все
мои невзгоды и радости. Она-то и дала добрый совет: «Напиши,
говорит, Труцци, директору цирка в Воронеже!» Я рискнул. Пред¬
ложил себя в качестве соло-клоуна, попросил в месяц двести руб¬
лей. Труцци откликнулся, но дал сто пятьдесят.
— Ты же никогда еще не выступал соло-клоуном?
— Признаться, я очень трусил, когда ехал в Воронеж. Вдруг
провалюсь и испорчу карьеру, о которой столько мечтал... От такой
мысли все дрожало внутри. Жена опять поддержала, убедила: «Ведь
твоими шутками и остротами пользуются все клоуны нашего цирка.
Зачем терять свои выдумки?» В Воронеже, прежде чем представ¬
ляться директору, я купил самый дешевый билет в цирк. Внима¬
тельно посмотрел представление, изучил программу, работу своих
будущих конкурентов. Кое-что прикинул, наметил... После того
явился к Труцци, а через день дебютировал.
— И как прошел твой дебют?
— Так оробел, что не помнил, как начал свой номер. Наверно,
оставил у зрителей странное впечатление. Говорил много, слишком
быстро, бессвязно, и мои антре казались заурядными. Аплодисмен¬
ты были самые жидкие...
— Провалился?
— Нет! Выход во втором отделении произвел сенсацию. Я заста¬
вил себя успокоиться, и все мои шутки вызывали несмолкаемый
смех. И знаешь, в чем был секрет успеха? В труппе, состоящей из
иностранных артистов, я оказался единственным русским. Зрители
понимали каждое мое слово, и этим я особенно нравился. В тот же
вечер Труцци предложил мне контракт на целый год.
Услужающий уже вторично сменил на столе пузатый фарфоро¬
вый чайник с кипятком и поставленным сверху чайничком с креп¬
кой заваркой. Братья продолжали беседу. По-прежнему внешне
очень похожие, они по манере держаться стали еще более различны.
Владимир предпочитал молчать, лишь иногда задавал вопросы и
слушал, будто ища подтверждения какой-то своей мысли. Анатолий,
наоборот, говорил уверенным тоном, видно, обретенным в упорной
борьбе за успех.
— В Воронеже,—продолжал он,—впервые я получил бенефис.
Сбор был полный. Мне подносили подарки. Какой-то сапожник, мой
восхищенный поклонник, вышел на арену и подарил банку с ваксой
своего изготовления. Хохотал весь цирк... С Труцци я побывал в
нескольких городах, но в Саратове мы разошлись...
— Снова повздорил?
— Романтическая история... Наш наездник Луиджи ухаживал
за Эстериной, дочерью Труцци, но она предпочитала англичанина
жокея Орландо. Директор был против брака своей дочери с жокеем.
Тогда они решили повенчаться тайно. Я дружил с ними обоими
и согласился помочь свадьбе. Директор узнал об этом и обрушил
свой гнев на меня. Предложил клоуну Анатолию Дурову покинуть
цирк... Так остался я без работы и денег. Пришлось вернуться в
Москву, просить приюта у крестного. Доброта его известна: встре¬
тил с объятиями. Теперь я с женой под его кровом... Скоро приедет
цирк Шумана, надеюсь получить у него ангажемент.
— Ну, я не могу ничем похвалиться,— заметил Владимир.—
Пока занимаюсь дрессурой свиней, собак, пеликанов...
— И, значит, о клоунаде уже не помышляешь?
— Именно для того и занимаюсь дрессурой. Я пришел к заклю¬
чению, что обязательно надо обновить жанр. Ведь большинство
клоунов повторяют друг друга. Шутки их однообразны, грубы, а
настоящий юмор отсутствует.
— И что же ты надумал?
— Дрессированные животные могут не только украсить номер,
но дать отличный повод для шутки...
Анатолий с интересом взглянул на брата. Теперь пришел его
черед удивляться и задавать вопросы.
— Замысел хорош, только как его осуществить? Кнутом крыс
не выучишь ничему. Разве только собака да свинья могут его по¬
бояться.
— Кнут я вообще стараюсь исключить.
— Ну, это ты, братец, брось! Как же иначе приучить животное
к послушанию?
— Лаской! Только лаской и угощением.
— Ишь ты, что придумал,— рассмеялся Анатолий.— Однако ис¬
пользовать животных в клоунских антре, пожалуй, стоит... Тут что-
то есть интересное.
