На своем веку Анатолий Леонидович наблюдал много таких репетиций. Видел номера несравненно сложнее, интереснее. Труппа Максимюка собрана «с бору по сосенке», состоит из стареющих артистов и начинающей молодежи, пока не мобилизованной в армию. Да и кто из лучших циркистов согласится работать во второразрядном шапито у такого антрепренера, как выжига Максимюк!
И куда он подевался? Скорее надо бежать от него, от позора, который вчера пришлось испытать.
— Вы нездоровы, мсье Дуров?
— Да, чуть-чуть…
— Берегите себя, мсье Дуров!
Милый старый Кардинали идет отдыхать после уже утомляющей его утренней репетиции. Много лет назад он приехал в Россию, женился, а когда жена умерла, решил не покидать новую родину. Теперь, одинокий, скитается из города в город то с одной, то с другой труппой. Его семья — цирк.
Мимо прошли двое «Аполлонос» — супруги Кудрявцевы. Молодые, способные воздушные гимнасты, однако им еще следует изрядно работать, чтобы их номер «Полет под куполом» стал достойным первоклассной программы.
Весьма пожилая наездница, неуклюжий коверный клоун, пьяница клишник — остальные участники труппы. Старая гвардия, для парадных выступлений ставшая непригодной. Знавали и они лучшие времена, радуя публику своей ловкостью, отвагой, умением. И ныне, по мере сил и возможностей, они делятся своим искусством со зрителями.
Ужасы войны заставляют народ искать забвения в любых развлечениях. Театры, синематографы, цирки всегда переполнены. Искусство облегчает людские страдания. Сейчас, как никогда, нужно благородное ремесло циркистов. И прежде всего — клоунада. Веселье, смех — народная потребность.
Почему же он, прославленный Анатолий Дуров, который не только развлекал людей, но и стремился сделать их лучше, король шутов, но не шут королей, — оказывается ненужным народу? Правде надо смотреть прямо в глаза: на вчерашнем представлении его не освистали, не ошикали, но жидкие хлопки, которыми его проводили, свидетельствуют о неуспехе. Или разношерстная мариупольская публика настолько тупа, что ей недоступен юмор замечательного клоуна Анатолия Дурова? Почему же тогда и его недавние гастроли в Луганске, в шапито антрепренера Лапиадо, тоже не имели большого успеха?
Да, надо уметь смотреть правде в глаза.
Как это случилось?
Опять на ум пришел простейший ответ: старость. И тут возникло убедительное опровержение: артисту в пятьдесят с небольшим лет говорить о старости рано. Вот, например, милейший Кардинали гораздо старше его, но он выступает успешно. И даже престарелая наездница мадам Мюльберг еще срывает аплодисменты, показывая свои незамысловатые номера.
Значит, секрет последних неудач не в старости, а в чем-то другом.
Как был, в шляпе, подняв воротник пальто, Дуров сидел насупившись в крайнем кресле амфитеатра. Мимо проходили и пробегали артисты, униформисты приносили на арену и уносили обратно реквизит, а он никого не замечал и не слышал. Его знобило и мучил все тот же вопрос: «Почему? Почему?»
И вдруг его пронзила мысль: «Опасно не постареть, а устареть». Артисту, как и любому художнику, опасно устареть в содержании и в форме своего искусства, сделаться архаичным, не отвечающим духу и требованиям своего времени.
Неужели он — король шутов — пережил свою необыкновенную славу?..
— Анатолий Леонидович, директор в конторе, — сообщила заботливая мадемуазель Аннет.
Максимюк, который еще недавно был куплетистом, ныне стал преуспевающим директором цирка. Вот уж кто нисколько не устарел, идет в ногу с современностью уверенной поступью.
Разговор в конторе короток.
— Не могу…
— Или не хотите?
— И не хочу! Не в состоянии…
— По контракту уплатите мне неустойку…
— Я болен!
— Необходимо медицинское свидетельство о болезни…
Дуров ничего не ответил и, хлопнув дверью, вышел из конторы.
Через несколько дней Максимюк глумливо писал приятелю: «Дела мои, слава богу, хорошие, жить можно. Работал у меня А. Дуров, и я с ним имел сто двадцать недоразумений, но благодаря моему характеру все обошлось благополучно. Сейчас Дуров лежит очень больной. Болезнь его следующая: на днях он закапризничал, не пошел работать и прислал мне через нотариуса медицинское свидетельство. Тогда я вручил через того же нотариуса свое письмо с извещением, что назначаю медицинский консилиум. Неустойка у нас была тысяча рублей. Тогда Дуров влепил себе в спину тридцать сухих банок и застудил натянутую кровь. Теперь он болен серьезно на самом деле…»
Вскоре русские и многие иностранные газеты после сводок с фронтов войны передали телеграфное сообщение: «8 января 1916 года в городе Мариуполе от воспаления легких умер известный клоун Анатолий Дуров».
Тело его было доставлено в Москву и похоронено в Скорбященском монастыре.
В народе не верили, что любимый артист, король шутов ушел из жизни. Поговаривали, что это его очередной трюк: «Он жив, опять вернется». Таково было могущество таланта великого русского клоуна, имя которого стало почти легендарным.
