«С возрастом у меня и брата появились одинаковые вкусы: мы читали одни и те же книжки, слушали ту же музыку, смотрели одинаковые фильмы и занимались теми же видами спорта. Но, к сожалению, нам нравилась одна и та же девушка. Сходство во вкусах и стало расколом в нашем доселе совершенном родстве».
Мои ранние воспоминания связаны с братом Сирилом. В детстве мы всегда были тесно близки друг к другу. Когда я стал подростком, то считал себя самым счастливым, потому что разделял столь близкие отношения с другим живым существом. Со своей стороны, я никогда не скучал с Сирилом, ничего не боялся и не чувствовал одиноким. Мой брат считался моим товарищем, доверенным лицом и опорой. На протяжении многих лет друзья приходили и уходили, но брат в моей жизни оставался единственным верным другом.
В школе мы выделялись: он был силен в математике и точных науках, в то время как я — в литературе, письме и истории. Мы всегда получали высокие оценки за выполненные задания и контрольные. С возрастом у меня и брата появились одинаковые вкусы: мы читали одни и те же книжки, слушали ту же музыку, смотрели одинаковые фильмы и занимались теми же видами спорта. Но, к сожалению, нам нравилась одна и та же девушка. Сходство во вкусах и стало расколом в нашем доселе совершенном родстве.
Впервые мы познакомились с Паулой Келлер в маленьком книжном магазине, что стоит на углу улицы. Мы заскочили туда найти книгу по Древней Греции и не подозревали, что встретим девушку, которая изменит нашу жизнь. Я и брат обсуждали и сравнивали два научных труда, когда я поднял голову и увидел ее, стоявшей у кассы.
Она внимательно смотрела на нас, то есть на меня, и, когда наши взгляды встретились, быстро опустила голову. По ее нежным щекам разлился румянец.
— Сирил, посмотри. Правда, она красивая? — шепнул я брату.
— Гм? — переспросил он, все еще погруженный в чтение аннотации к книге. — Кто красивая? — спросил он рассеянно.
— Она, — ответил я, выражая этим простым словом своё восхищение.
— Да, я тоже так думаю, — сказал он небрежно. Я заметил быстрый, тайный взгляд Сирила в ее сторону, когда он возвращался к просмотру книги.
Паула занялась покупателем у кассы, а румянец так и остался на ее щеках. У меня было чувство, что она нарочно избегает смотреть в мою сторону.
— Давай подойдем, — подтолкнул я брата. Мне хотелось приблизиться к кассе в отсутствии покупателей. Я решил испытать чувство, когда тебя ждет красивая девушка, и растянуть его, как можно дольше.
— Но я не знаю, какую книгу взять, — запротестовал он.
— Бери обе, — предложил я и взял книгу из его рук.
Моему брату не удалось взять вторую книгу, так как я торопил его подойти к пустой кассе. Паула посмотрела на нас из-под пышной светлой челки.
— Вам помочь? — спросила она перед тем, как мы положили книги на прилавок, и быстро посмотрела в мою сторону.
— Мы берем обе, — произнес Сирил.
Она быстро прошлась сканером по кодам на обложках.
— Я никогда вас не видел, — сказал я. — Вы давно здесь работаете?
— Нет, — запинаясь, ответила она. — Я приступила к работе только вчера.
— Мы с братом частенько захаживаем сюда, а живем вон там, на углу.
Паула заметно нервничала. Ее руки сильно дрожали, и она чуть не уронила книги на пол.
— Вы будете платить наличными или по карте? — спросила девушка и снова посмотрела в мою сторону.
— По карте, — ответил Сирил, вынимая платиновую «Визу» из кошелька. — Можно взять ручку? — спросил он и наклонился, чтобы подписать чек.
— Да, конечно.
— Все в порядке, — тихо произнес Сирил.
Кажется, уравновешенность брата и его скромные манеры успокоили ее. Она посмотрела ему в глаза. Он улыбнулся, а я почувствовал в груди первые приступы ревности.
Мы продолжали жить как обычно. Однако внутри нас кипели страсти.
— Последние несколько дней ты необычно тревожен, — сказал брат. — С тобой все в порядке, Бэзил?
Я засмеялся.
— Если бы я заболел, ты узнал бы об этом.
— Правда, — усмехнулся он. — Но ты, должно быть, чем-то расстроен?
— От тебя никогда ничего не скроешь.
— От тебя тоже, — твердо ответил он. — Что же тебя тревожит?
— Та девушка из магазина.
— А что не так? — спросил он, но вопрос был риторическим. Сирил очень хорошо знал, что беспокоило меня.
— Я не могу перестать думать о ней. Я даже видел ее во сне.
Глаза брата выражали грусть, которую он чувствовал, потому что считал любовь безнадежной и безответной. В моем сердце вспыхнула ярость.
— Ты же знаешь, что из этого ничего не получится, — тихо сказал он. Его логика стала раздражать меня еще больше.
— Откуда ты знаешь? Ты никогда не слышал старое выражение «не родись красивым, а родись счастливым»? — Оставив в стороне застенчивость, я почувствовал, что сумею понравиться девушке: я умен, сентиментален, хорошо начитан…
Мой брат не возражал. Он опустил глаза, что говорило о многом.
— Это мое дело. Когда-нибудь я стану очень богатым.
— Правильно, — сказал Сирил. — Но представь в своем положении не эту девушку, а другую, разве твои чувства будут теми же? Как ты можешь надеяться на нормальные взаимоотношения?