– Она знает, кто я, и презирает меня. – Грэйсон покачал головой. – Я угроза для ее семьи.
– А угрозы необходимо устранять, – пропел Ксандр. – Она блондинка?
Грэйсон сердито нахмурился.
– Это имеет какое-то значение?
– Любит отдавать приказы? Что думает о костюмах? – Ксандр оживился еще больше.
Брат попал в самую точку.
– Она не доверяет мне, и это может создать определенные трудности.
– Грэй, – мягко сказал Ксандр, – в этом нет ничего трудного.
Грэйсон вскользь подумал о семейном портрете. О фотографии Колина. О том, как Акация сказала, что, если бы она узнала о нем раньше, все могло быть по-другому.
Чертов Ксандр.
– Повторяй за мной, Грэй: «То, что я чувствую, – это правильно».
– Хватит уже болтать! – приказал ему Грэйсон.
– «Мои эмоции настоящие», – продолжал Ксандр. – Давай же! Скажи это.
– Я сейчас повешу трубку.
– Кто твой любимый брат? – прокричал Ксандр, и Грэйсон услышал его, хоть и отодвинул телефон от уха.
– Нэш, – громко ответил он.
– Ложь!
Телефон Грэйсона завибрировал.
– Мне звонят, – сказал он Ксандру.
– И снова ложь! – весело ответил брат. – Передавай от меня привет Грэйсону в юбке!
– До свидания, Ксандр!
– Ты сказал «до сви…».
Грэйсон сбросил звонок до того, как его младший брат успел договорить, и переключился на вторую линию.
– Да?
На другом конце молчали.
– Алло? – попробовал по-другому Грэйсон.
«Видишь? Я говорю “алло”», – мысленно огрызнулся он на Ксандра.
– Это Грэйсон Хоторн? – голос был женским и незнакомым. Но что-то было в нем – тон, тембр, интервал между словами в вопросе, – что удержало Грэйсона от того, чтобы повесить трубку.
– С кем я говорю? – спросил он.
– Это не имеет значения. – Девушка пыталась преподнести это как простую истину, но Грэйсон расслышал в ее голосе нотки, указывающие на обратное.
Кем была звонившая, имело очень большое значение.
– С кем я говорю? – повторил Грэйсон. – Или, позвольте, я перефразирую: с кем я собираюсь закончить разговор?
– Не вешайте трубку. – Это была не просьба, но и не приказ. – Вы говорите с той, у
От Грэйсона не ускользнуло, как она бросила ему слово «кого», то, как ее голос зазвучал чуть тише и чуть глубже.
– Я полагаю, что под «семьей Хоторнов» вы имеете в виду моего дедушку. – Сам он, как всегда, говорил бесстрастным тоном. – Но что делал или чего не делал Тобиас Хоторн, меня не касается.
Эту ложь даже Грэйсон не смог заставить стать правдой.
– Мой отец застрелился, когда мне исполнилось четыре года. – Голос девушки звучал чересчур спокойно. – Когда это случилось, только я и он находились в доме. И знаете, какими были его последние слова?
У Грэйсона перехватило горло.
– Откуда у вас этот номер? – требовательно спросил он. Подсознание уже рисовало ему картины: маленькая девочка, мужчина с оружием в руках.
– Ну ты и козел! Последние слова моего отца точно не были «Откуда у вас этот номер?»!
Грэйсон ждал, когда она сообщит, что же все-таки сказал ее отец, но понял, что девушка повесила трубку.
«Я не в ответе за поступки Старика». Грэйсон слишком долго смотрел на телефон и в конце концов отвел взгляд. Сейчас ему нужно заняться другими вещами – проверить, нет ли на карточке невидимых чернил, и переодеться.
Что же все-таки, черт подери,
– Ты ведь раньше уже надевал шорты, правда?
Грэйсон смерил взглядом Джиджи.
– Я не хочу обсуждать это.
Он огляделся по сторонам.
Дом Троубриджей имел современную открытую планировку. Отличить, где прихожая, где столовая, где кухня, а где гостиная, можно было только по предметам интерьера. Наверху около дюжины юнцов опирались на минималистичные перила. Как минимум трое из них пытались перебросить через ограждение мячики для пинг-понга и попасть в пластиковые стаканчики внизу.
С прицеливанием у них было плохо.
Мимо просвистел отскочивший мячик. Грэйсон даже бровью не повел. Он рассматривал через стеклянные двери тусующуюся толпу у бассейна на первом этаже. Всего здесь собралось человек пятьдесят-шестьдесят.
Грэйсон посмотрел на Джиджи, которая лукаво ему улыбалась.
– Ты умеешь танцевать? – спросила она. – Если мне не удастся самостоятельно пробраться в закрытое крыло, тебе, возможно, придется танцевать.
– Мне не придется танцевать, – ответил Грэйсон таким тоном, что только всего пара человек посмели бы перечить ему.
– Моя забота – незаметно проникнуть внутрь, – серьезно сказала Джиджи. – Твоя – отвлекать. Я верю в тебя, Грэйсон. – Она махнула перед ним экраном телефона. – И этот кот тоже!
Джиджи ухмыльнулась, убрала телефон в карман и кивнула в сторону лестницы в дальнем углу. Ступеньки были сделаны из стекла, и казалось, что они парят в воздухе. На третьей сверху стояла Саванна. Рядом с ней, но на ступеньку выше стоял парень. Они, несомненно, были в центре всеобщего внимания.
