Братский круг полностью

Продолжение «Братский круг −2» по ссылке — https://author.today/work/260644

В пятницу задержания не желательны.

Все персонажи вымышлены.

Наличие прототипов автором категорически отрицается.

Все совпадения случайны.

Большинство ситуаций возможно.

Формы и методы работы, а также проблемы правоохранительных органов — реальны.

Начало.

Начало было таким. Олег Галота смотрел телевизор в кругу семьи. Если быть точным, то с дочкой в полукруг вокруг телевизора. Жена на кухне варила холодец. Старший сын Кирилл уединился в детской. Зато на диване доверчиво прижавшись к Олегу сидела младшая — Галинка. Канал ТНТ давал сериал про американского детектива Нэша Бриджеса. Фильм так себе. Но про коллег из-за моря. За две недели больничного и соответственно трезвого поведения Галота привык к сериалу про удалых лос-анджелесских копов. Позвонил телефон, номер не определился. Трубку схватила дочка. — Папа, тебя! — кто еще там — подумал Галота. Он вообще по роду своей деятельности плохо относился к нежданным звонкам. — Какой — то дядя. — Уточнила дочка. Олег побрел к аппарату, шлепая задниками стоптанных домашних тапочек. Боковым взглядом увидел, как у кипящей кастрюли жена напряглась и хмуро прислушивается к телефонному разговору. — Слушаю вас, — официально бросил в трубку Галота.

На проводе действительно был мужчина. Которому Олег строго-настрого запретил звонить к себе домой.

Однако, человек не торопился сказать главное, зачем звонил. Помолчав звонивший, произнес — надо бы расплатиться по долгам. За тобой Олежек долг и не малый. Надо от тебя если нет денег хорошую наколку и прикрытие. На момент изъятия ценностей. А если нет, то жена и дети будут расплачиваться за твои фокусы.

Галота подумал, что Антон просто нагнетает обстановку. Нагородит с три короба, а потом невинно скажет:' Может, увидимся прямо сейчас, я тут в баре сижу, знаешь в каком'. Но нет, Антон трезвый и говорит слишком серьезно.

А слышимость — прекрасная. как будто абонент в соседней комнате находится.

— Ладно, — подвел черту Галота, — в понедельник, подходите с утра на работу ко мне. Часов в одиннадцать. Хорошо. Сможете.

— Я-то смогу. Лишь бы ты не подвел. — последнее слово Антон оставил за собой, показывая кто главный.

Когда Галота повесил трубку, жена взглянула на него хмуро. За четырнадцать лет совместной жизни она, по многим признакам, считывала информацию с лица. Но две недели трезвой жизни. Олег набрал немало плюсов за эти две недели.

Галота долго не мог уснуть. Нервы были расшатаны. До половины третьего он курил на кухне и тяжело размышлял как он докатился до такой жизни, что его шантажирует его же агент. И он старший оперуполномоченный уголовного розыска ничего сделать не может. И теперь видимо придется идти на предательство. Денег у него не было. Взять деньги было негде. А идти на кражу с агентом и его шайкой было немыслимо. Выход был только один — радикальный. Но пистолет был сдан в оружейку и до выхода с больничного до него не добраться.

Последние три года хороших новостей не было. Карьера сломалась, когда его с треском изгнали из областного управления. Изгнали правильно он пил не только дома, но и на работе. Пил до такого состояния, что его выносили на руках и доставляли домой в бессознательном состоянии. Все заслуги обнулились таким поведением. На уровне «земли», куда его взяли с большим трудом, он ещё верил, что сможет подняться.

Выше должности старшего уполномоченного Галота, однако, не поднялся. Хотя барахтался, как та лягушка в кувшине с молоком. Лучшие показатели в районе, систематические переработки без отгулов и выходных в ущерб семье и здоровью, готовность безропотно катить в любую командировку, отстраненность от интриг сводились на «нет» пьяными прогулами. Длительность которых только увеличивалась, а трезвые периоды между запоями только сокращались.

За прошедшие три года, что он отработал в отделении уголовного розыска — он умудрился потерять служебное удостоверение. По пьяному делу — так спрятал пистолет, что смог найти только случайно через четыре дня. Подрался на день милиции. Точнее, принялся в кабаке учить жизни молодых оперов из городского управления. А те — парни молодые и тренированные, — легко его избили и выкинули из кабака. Часто стал ночевать в кабинете на стульях. Понятно, что руководству это стало надоедать.

Но хорошие товарищи, ходившие сейчас в начальниках, не стали его увольнять. И сказка про белого бычка продолжилась. Галота был своего рода ископаемым. По работе к нему особых претензий не было. Талант, как известно, сразу не пропьешь, для этого нужно время. Опять же, он неплохо разбирался в психологии и не был трусом. По крайней мере, так считали.

Три года он отработал на «земле». Как быстро летит время, если назад оглядываться! Как же долго оно тащиться в измерении настоящем.

Галота затянулся в последний раз и раздавил окурок в импровизированной пепельнице из консервной банки, издавна служившей ему. Когда не пьешь, есть избыток свободного времени для самокопания.