– Это и есть ветер, - ответил Арагорн, - но, похоже, ты прав. В мире есть немало сил, враждебных двуногим. Они не обязательно союзники Саурону, он слишком молод по сравнению с ними. Это могут быть их происки.
– Карадрас прозвали Жестоким в те времена, когда о Сауроне и слыхом не слыхивали, - добавил Гимли.
– Сейчас не так важно, кто наш враг, если он сильнее нас, - промолвил Гэндальф.
– Так что же нам делать? - страдальчески вопросил Пиппин. Он едва стоял на ногах, опираясь на плечи Фродо и Мерри, и дрожал крупной дрожью.
– Можно остаться здесь, а можно идти вперед, - маг внимательно посмотрел на него. - Правда, впереди нас не ожидает ничего хорошего. Насколько мне помнится, дальше - открытое место, ни от ветра, ни от камней не спрячешься.
– Дорога назад не лучше, - ответил Арагорн. - Посмотрите, настоящая буря. Здесь нас прикрывает скальная стенка, но позади нет других укрытий.
– Ишь, укрытие! - пробормотал Сэм. - Этак стены без крыши за дом сойдут.
Путники стояли, прижавшись к скале. Слабо, очень слабо, но она все же защищала от северного ветра и камнепада. Однако снег падал все гуще. Все сгрудились вплотную, прижавшись друг к другу боками и спинами. Унылый пони тоже слегка загораживал хоббитов от ветра. Стояли по колени в снегу. Не будь с ними рослых людей, хоббитов уже давно занесло бы.
Фродо неудержимо клонило в сон. Похоже, он даже задремал, потому что вдруг ощутил в ногах и в пальцах тепло близкого камина и расслышал голос Бильбо: «Я невысокого мнения о твоем дневнике. Посмотри, что это за запись:
«Я устал и хочу спать, Бильбо», - с трудом ответил Фродо, чувствуя, как его встряхивают сильные руки. Он охнул и проснулся. Боромир поднял его из снежной ямки.
– Гэндальф! - позвал он. - Полурослики не могут больше. Нас с головой занесет. Надо что-то делать.
Маг порылся в мешке и достал кожаную флягу.
– Дай им хлебнуть. - Он протянул флягу гондорцу. - И нам - по глотку. Это -
Едва Фродо глотнул пахучей жидкости, как ощутил горячий ток в сердце, а сонливость отлетела, словно сбитая щелчком. Остальные тоже оживились. Но на снегопад
– Ты не считаешь, что настал «самый крайний случай»? - обратился Боромир к Гэндальфу. - Когда нас совсем заметет, можно будет не опасаться шпионов Врага. Только нам будет уже все равно. Нужен огонь.
– Давай, разводи, - согласился Гэндальф. - Чьи бы глаза за нами ни следили, если им этот буран не помеха, то они заметят нас и с огнем и без него.
Достали дрова, сразу порядком отсыревшие. Ветер вихрился и срывал искры огнива. Сначала гном, а потом эльф после долгих попыток отступились. Тогда за дело взялся Гэндальф. Переложив дрова, он звучно произнес:
– Ну, если есть кому смотреть, - невесело усмехнулся маг, - им трудно не прочесть «Гэндальф здесь», настолько очевидно я расписался.
Но никто больше не думал ни о каких соглядатаях. Все просто радовались огню. Не обращая внимания на талые ручейки под ногами, путники сгрудились у костра, протягивая вперед закоченевшие руки. Красные отсветы плясали на усталых лицах, а вокруг черной стеной стояла ночь.
Дрова горели быстро, а снег все падал и падал.
Последняя небольшая охапка дров ненадолго продлила жизнь огню.
– Ночь на исходе, - проговорил Арагорн, - скоро рассвет.
– Если какой-нибудь рассвет сможет проникнуть сквозь эти тучи, - мрачно заметил Гимли.
Боромир отошел на несколько шагов, вглядываясь в ночь.
– Снег почти перестал идти, и ветер стихает, - сообщил он.
Фродо устало следил за танцем снежинок, влетающих из темноты в свет догоравшего костра. Он удивился словам Боромира, ему казалось, что этих белых пушинок по-прежнему очень много. Однако, в очередной раз вздернув отяжелевшую голову, он заметил перемены: снежинки стали крупнее и реже, а ветер - тише. Темнота посерела.
С трудом пробивавшийся рассвет высветил молчаливый убеленный мир. Ниже их убежища на месте тропы громоздились причудливые сугробы. Небо хмурилось тяжелыми снеговыми облаками.
Гимли глянул вверх и покачал головой.
– Карадрас не передумал, - произнес он. - Если мы двинемся, у него хватит снега остановить нас. Надо спускаться.
С гномом никто не спорил, но осуществить его намерение было теперь не так-то просто. Всего в нескольких шагах от углей костра снегу намело куда выше хоббичьего роста, а в некоторых местах по прихоти ветра воздвиглись высокие белые гребни.
– Может, пустим Гэндальфа вперед? - предложил Леголас. - Он жезлом растопит снег и проложит всем тропинку. - Буран никак не отразился на настроении эльфа. Он, единственный из всего отряда, оставался легок и беззаботен.
– Хорошо бы эльфы умели летать, - сердито отозвался Гэндальф. - Их можно было бы послать за солнцем. Я не собираюсь работать вместо него и растапливать снег.
