Во тьме нелегко было определить, насколько успешны усилия гребцов. Но вскоре напор воды уменьшился, течение стало поспокойнее, и уже не так трудно было отвести лодки в густую тень под западный берег. Только там, причалив, они позволили себе отдохнуть. Леголас тут же бросил весло и с луком в руках выпрыгнул на берег. Положив стрелу на тетиву, он обернулся, выискивая цель, но в темноте с той стороны доносились только грубые крики. Над головой эльфа в звездном свете поблескивали скалы, но по небу неслись уже невесть откуда взявшиеся рваные облака, быстро затягивающие звездные поля.
Внезапный страх почувствовали одновременно все.
–
Огромная темная тень, только похожая на облако, но двигавшаяся куда быстрее, налетала с юга. Скоро уже можно было различить очертания невиданной крылатой твари. Ее появление, судя по крикам на том берегу, вызвало ликование среди орков.
Леденящий ужас сковал Фродо. Старая рана в плече отозвалась пульсирующей болью. Хоббит распластался по дну лодки, тщетно пытаясь спрятаться.
Громко зазвенела тетива большого лориенского лука. Фродо поднял голову. Крылатая тень дернулась и резко отвернула в сторону. Хриплый обиженный карк упал с неба, и все стихло. С того берега взорвались озлобленные, разочарованные крики, и больше – ни стрелы, ни звука.
Немного погодя Арагорн отвел лодки еще выше по Реке и остановился в маленьком мелком заливчике. Здесь, под низкорослыми деревцами, решили ждать рассвета, даже не выходя из лодок, а просто сведя их бортами и прижавшись друг к другу.
– Хвала и слава лориенскому луку и твердой руке, – сказал Гимли, закусывая эльфийскими лепешками. – Это был великолепный выстрел, друг мой.
– Только вот кто бы мне еще сказал, во что я попал? – пробормотал обескураженный эльф.
– Этого я не знаю, – степенно ответил Гимли, – но рад, что оно улетело. Мне оно не понравилось. Слишком Барлога напомнило, – закончил он шепотом.
– Это не Барлог, – пытаясь унять дрожь, возразил Фродо. – Оно совсем холодное, слишком холодное. Мне показалось… – Он не стал продолжать.
– Ну, что показалось? – настойчиво спросил Боромир; он даже перегнулся из своей лодки, пытаясь разглядеть лицо хоббита.
– Не стану я говорить, – пробормотал Фродо. – Чем бы оно ни было, а те, на берегу, струхнули, когда оно улетело.
– Мне тоже так показалось, – согласился Арагорн. – Но мы так и не знаем, сколько их там и что они намерены предпринять. Эту ночь спать не придется. Сейчас-то темно, а что день принесет? Держите оружие наготове.
Сэм сидел, барабаня пальцами по рукояти меча и все поглядывая на небо.
– Вот чудно, – бормотал он. – Луна ведь у нас одна, что в Шире, что еще где-нибудь. То ли она с пути сбилась, то ли я – со счета. Фродо, – обратился он к хозяину, – вы ведь помните, когда мы на флет влезли, луна как раз на убыль шла, этак с неделю после полнолуния. Неделю мы по Реке плывем. В прошлую ночь новая луна народилась. Это что же получается? Были мы в Лориене или не были? Три ночи я помню, ну, может, их еще несколько было, но не целый же месяц! Или там время вообще не считано?
– Может, здесь дело вот в чем, – задумчиво проговорил Фродо. – В Лотлориене все еще пребывает время, которое во всех остальных местах давно прошло. А когда Серебрень вынесла нас в Андуин, мы вернулись в то время, которое властвует над всеми смертными землями. В Карас Галадоне я помню только солнце и звезды, а никакой луны не видел.
Леголас пошевелился в своей лодке.
– Нет, Фродо, время нигде не стоит на месте. Но в разных местах ход его неодинаков. Для эльфов мир тоже меняется, причем меняется и медленно, и быстро. Быстро потому, что сами эльфы почти неизменны, события и времена летят мимо, мало задевая их, – в этом печаль эльфийского народа. А медленно потому, что эльфы не считают уходящих лет. Смена времен года – только рябь для них, вечно бегущая по поверхности реки времени. Но все под солнцем имеет свой конец.
– Только Лориен идет к концу очень неспешно, – проговорил Фродо. – На нем охрана Владычицы. Это власть ее Кольца делает часы и дни в Карас Галадоне насыщенными и незаметными.
– Молчи! – остановил его Арагорн. – За границей Лориена нельзя говорить об этом. Сэм просто сбился со счета. В эльфийской стране время пролетело мимо нас. Старая луна ушла, народилась новая и тоже ушла, а вчера вечером появилась опять. Зима кончается. Скоро весна, только надежды она в этот раз не принесет.
Ночь молчала. До самого рассвета из-за Реки не донеслось ни звука, ни крика. Съежившиеся в лодках путники чувствовали, как меняется погода. Потеплело. Воздух стал тихим и отсыревшим под огромными дождевыми тучами, пришедшими с юга, от далеких морей. Голос Сарн Гебира громче зазвучал под утро. С веток деревьев падали капли сгустившегося тумана.
Рассвет подкрался незаметно и потянул за собой грустный день, лишенный теней и настоящего света. Река тонула в белесом тумане, восточного берега как будто не было.
