Не отрывая лица от стола, Томас поднял руку с оттопыренным большим пальцем — говорить он не мог.
Неожиданно для себя самого, Эндрю засмеялся тоже — он понял, почему он вовсе не проблема на этом свидании. Мишель Джонс находилась примерно на том же уровне социальной неловкости, что и он сам. Разница заключалась только в том, что она никого не ранила специально, она действительно не всегда понимала, какую реакцию вызывают ее слова. Недостаток опыта в общении она восполняла интеллектом, но получалось не всегда то, что нужно… Эндрю и предположить не мог, что Тому просто нравятся такие люди.
— А Тобиас не придет? — как ни в чем не бывало спросила Мишель.
— Он… — настала очередь Томаса чувствовать себя неловко, он быстро вытер выступившее от смеха слезы и, не смотря в сторону своей девушки, проговорил: — …много работает.
Мисс Джонс подозрительно сощурилась и перевела взгляд на Эндрю.
— Томас крупно облажался, и они не разговаривают, — с радостью пояснил тот и ухмыльнулся брату. Вечер уже не казался ему таким безнадежным, как пять минут назад.
— И что ты натворил?
— Не хочу об этом говорить, — буркнул Том.
Мишель без каких бы то ни было видимых мук совести повторила маневр, Эндрю уточнил:
— Поспособствовал тому, что начальник Тоби нанял его бывшую.
— А что такого…
— Хватит! — Том хлопнул ладонью по столу. — Просто закроем тему, хорошо? Я очень надеюсь, что Тоби скоро меня простит и все будет по-прежнему, а вы двое совсем не помогаете!
Спустя две чашки кофе и десяток дурацких историй о школьной жизни Эндрю немного расслабился. Он знал почти всех учителей и даже некоторых одноклассников Томаса, так что эти истории скорее развлекали, чем нет. С удивлением он обнаружил, что Мишель и Том по большей части разговаривают с ним, как будто пришли сюда для него, а не друг для друга.
Он не считал себя достаточно приятным человеком для такого отношения.
— Пойдем куда-нибудь еще? — спросил Том, когда сладости закончились, а на улицы Нью-Йорка опустился теплый весенний вечер.
— Я хотела затащить вас на каток поблизости, но сегодня вечер субботы, — Мишель поморщилась, — там, должно быть, такая толпа…
— Терпеть не могу ролики, — вздохнул Том, — но я дважды проиграл ей в шахматы и должен расплатиться за это.
Эндрю укоризненно посмотрел на Мишель.
— Вы играли на желание и ничего страшнее роликов тебе в голову не пришло? — с разочарованием проговорил он и добавил: — Боже, мисс Джонс, мне столькому нужно вас научить…
С ужасом глянув на брата, а затем на Мишель, которая, кажется, всерьез обдумывала это предложение, Том предпочел поскорее подозвать официанта и ретироваться из кафе. Он был так близок к спасению! Еще минута, и он, не скрывая облегчения, с радостью сказал бы: «До свидания, Эндрю! Спасибо, что пришел!», но тот его опередил.
— Я знаю место, где людей не будет совсем. Возьмите ролики в прокате и пойдем.
На самом деле роликовые коньки не представляли для Тома абсолютно никакой проблемы. Но должны были, так как он пытался поддерживать легенду ничем не примечательного подростка, слабого и неуклюжего. А это значит, что обладая исключительным чувством баланса, ближайшие пару часов ему придется изображать человека, который впервые встал на ролики.
— Спасибо, Эндрю.
— Всегда пожалуйста.
Через два квартала от Рейн сквер располагался огромный спортивный комплекс, капитальный ремонт которого начался год назад и грозил растянуться до второго пришествия. Когда десятки зданий в городе страдают от нашествия инопланетян, магических дуэлей или тренировочных полетов роботизированной брони каждый уик-энд, городского бюджета не хватает, чтобы возместить весь ущерб, и некоторое строения так и остаются прозябать в конце очереди.
Когда они все вместе перелезали через железные ворота, Мишель сказала, что немного боится высоты. Эндрю хохотнул и процитировал старую шутку о кошках и пылесосах, за что получил от брата весьма ощутимый удар под ребра.
— Я не собираюсь заниматься скайдайвингом или чем-то таким, — вернувшись на твердую землю, фыркнула она и потерла испачканные в ржавчине руки.
— Не зарекайся, — спрыгнув рядом, загадочно улыбнулся Эндрю.
Главным архитектурным акцентом спортивного комплекса была огромная дыра в крыше, прямо над баскетбольной площадкой. Эндрю не знал точно, что именно должно свалиться с неба, чтобы оставить такой след, но зато теперь в темноту старого зала спускался огромный столп света от уличных прожекторов и иллюминации небоскребов, очерчивая правильный овал на полу баскетбольной площадки.
— Сегодня Сан-Диего играет с Торонто, — стряхивая пыль со старого сиденья, проговорил Эндрю, — сторож не появится здесь раньше одиннадцати, так что… вперед!
— Классное место! — выдохнула Мишель и стала спускаться к площадке вниз, а Том уселся прямо на ступенях и принялся переобуваться, то и дело поглядывая на брата.
— Я собирался уйти, как только вы оба окажетесь на свету и перестанете видеть что-либо за его пределами, — перехватив этот беспокойный взгляд, сказал Эндрю.
