– Хорошее место, – одобрил он. – В случае чего нас прикроют со спины вон те валуны. Все лучше, чем угодить в ловушку в лесу. – Он вытянул перед собой руки, показывая Данкену кровоточащие ссадины от веревки на запястьях. – Сдается мне, у вас такие же отметины, милорд.
– Да, связали нас на совесть, – проговорил Данкен. – Если бы не старик…
– Ему надо было идти с нами. Когда Потрошитель узнает…
– Вполне вероятно, что он ничего не заподозрит. Они все перепились как свиньи. Кто-то подарил им три бочонка с вином. Естественно, они вознамерились вылакать все до последней капли. Интересно, кто это оказался столь щедрым?
– Может, они нашли бочонки? В погребе какого-нибудь сожженного дома?
– Нет. Не помню кто – то ли Робин, то ли Эйнер – сказал, что вино им подарили.
– Вы предлагали Седрику присоединиться к нам?
– Разумеется. Он ответил, что не может бросить пчел. Мол, те без него пропадут.
– А Призрак так и не показывался?
– Возможно, он увидел, что произошло, и отправился на розыски Шнырки.
– Вместо того чтобы появиться перед часовыми и напугать их до смерти. Они бы точно вырубились от страха.
– Ну и что? – хмыкнул Данкен. – Нам от этого не было бы ни малейшей пользы. Или, по-твоему, Призрак сумел бы перерезать веревки?
– Да, – протянул Конрад, – похоже, вы правы, милорд. Может, он и впрямь появился и улизнул снова. Ладно, бог с ним. Что будем делать?
– Надо подумать, – отозвался Данкен. – По правде говоря, я не знаю. Может статься, разумнее всего спрятаться и выждать, пока переполох немного уляжется.
– Если уляжется, – буркнул Конрад.
– Так или иначе, что-то необходимо предпринять. У нас нет ни еды, ни одеял. Вдобавок Потрошитель похитил амулет Вульферта.
– Невелика потеря, – заявил Конрад. – Подумаешь, побрякушка.
– Возможно, это не просто побрякушка, а могущественный талисман, – отозвался Данкен. – Может быть, именно благодаря ему мы до сих пор живы. Посуди сам: мы выбрались из колдовской западни, без труда победили безволосых и обратили в бегство оборотней. У меня такое впечатление, что нам помогает амулет.
– Однако от Потрошителя он нас не защитил.
– Правильно, – согласился Данкен, – не защитил. Но во всех прочих случаях нам без него, я уверен, пришлось бы туго.
– Я знаю, вы презираете меня, – вмешался в разговор подошедший Эндрю. – Не смею упрекать вас, ибо и впрямь пренебрег своими обязанностями. Вы поставили меня часовым, а я задремал и потому прозевал бандитов.
– Вот, значит, как? – прорычал Конрад. – Признаться, я подозревал, что без тебя тут не обошлось. Выходит, ты заснул? Интересно, с какой стати? Или не ты дрых всю прошлую ночь в седле на спине Дэниела?
– Я, – вздохнул Эндрю. – Но я совсем не выспался, и глаза у меня слипались сами собой. Впрочем, я не оправдываю себя. Всему виной слабость, телесная слабость. Умом я понимал, что должен бодрствовать, но потребности тела оказались сильнее. Почему-то у меня всегда плоть торжествует над духом.
– Потому, – фыркнул Конрад, – что болтаешь без умолку.
– У каждого из нас есть свои слабости, – вступился за отшельника Данкен. – Главное, что все кончилось благополучно.
– Я хочу искупить свою вину, – произнес Эндрю. – Я попытаюсь стать истинным ратником Господа. Отныне вы можете без колебаний полагаться на меня.
– Совесть замучила? – справился Конрад. – Дать бы тебе хорошего пинка, живо бы успокоился.
– Пожалуйста, добрый сэр! – Эндрю повернулся спиной и задрал рясу, выставив на всеобщее обозрение свою тощую задницу. – Я прошу только об одном, друг Конрад: вложи в удар всю силу, не жалей меня.
– Хватит ерничать! – В голосе Данкена прозвучали стальные нотки. – Стыдись, сэр отшельник! Какой из тебя после этого ратник Господа? Веди себя пристойно!
Эндрю покорно опустил рясу.
– Зря, милорд, – проговорил Конрад. – Глядишь, пинок помог бы ему образумиться, наставил бы, так сказать, на путь истинный.
– Тихо, – произнес Данкен, взмахом руки призывая спутников к молчанию. – Тихо. Слушайте!
Издалека донеслись приглушенные расстоянием крики. Порой они делались громче, порой почти сливались с шелестом ветра в листве.
– С болота, – определил на слух Конрад. – Точно, с болота.
Они продолжали прислушиваться. Крики было смолкли, но какое-то время спустя возобновились, затем стихли снова – теперь уже насовсем.
– Потрошителя навестили незваные гости, – заметил Конрад.
– Может, безволосые? – предположил Эндрю.
Небо на востоке постепенно розовело; в лесу вовсю щебетали птицы. Путешественники подождали, но крики больше не повторились.
– Мы должны выяснить, в чем там дело, – сказал Конрад. – Если бандиты погибли или бежали, значит дорога свободна и нам не придется тащиться по холмам.
– Давайте я схожу посмотрю, – вызвался Эндрю. – Я буду очень осторожен. Меня никто не увидит. Пожалуйста, позвольте мне доказать, что я заслуживаю доверия.
– Нет, – отрубил Данкен, – мы останемся здесь. Откуда нам знать, что произошло? Если на нас нападут, лучше уж сражаться тут, а не на краю болота.
– Тогда разрешите мне, сэр, – подала голос Мэг. – В схватке от меня никакой пользы, а так я разведаю, что там к чему.
