– Тем не менее кто-то из местных, имеется в виду даже не ваш город или район, а весь регион, распространяет инфу экстремистского характера, беря ее с этих двух возрожденных кем-то сайтов «братства».
– Это сродни телефонному терроризму, с проявлениями которого мы сталкиваемся постоянно. Интернет мы тоже мониторим на этот счет, но не хватает людей и ресурсов, чтобы быстро реагировать.
– Какой уровень террористической опасности действует на данный момент?
– В городе или в крае?
– В городе.
– До девяти утра нынешних суток был «желтый».
– Отменили даже «желтый»? – удивился Волков. – Я был уверен, что его оставят.
– Приказ из Краснодара, из нашего Управления.
– А в воскресенье и понедельник был введен «синий»?
– Да, и действовал тридцать шесть часов. Но, как только выяснилось, что сигналы о минировании кинотеатра и сведения о заминированном автомобиле в одном из микрорайонов являются ложными, режим был сначала переведен на «желтый», а час с лишним назад и вовсе отменен.
– Хм… – Волков бросил на него внимательный взгляд. – Не поторопились ли отменить?
Игумнов пожал плечами.
– Бригаду сотрудников, присланных из края на усиление, отозвали обратно, – сказал он. – Я также отпустил некоторых наших сотрудников по домам – они не спали последние трое суток.
– Так вот почему у вас так тихо сегодня.
– В том числе и по этой причине.
– Что можешь сказать по радикальному исламистскому подполью?
– Лет шесть или семь назад здесь все это прикрыли, – глядя куда-то в окно, задумчиво проговорил Игумнов. – Многих прикрутили… частью посадили, частью сами отсюда уехали.
– То есть по этой части все спокойно?
– Из последних крупных событий в наших краях могу назвать спецоперацию на границе Адыгеи и Апшеронского района… Там, на одном из хуторов, накрыли боевое ядро группировки «Братство волков». Может, слышал об этом деле? – хозяин кабинета перевел взгляд на Волкова. – По нему работала группа ребят из Центра специального назначения… «альфовцы». Они ликвидировали тех самых братьев Нухаевых, о которых я говорил. И еще нескольких боевиков.
Волков не стал признаваться, что он и сам был непосредственным участником событий на хуторе Кубанский. Ограничился репликой:
– Да, слышал.
– Ну и вот… С тех пор по этой части спокойно. Было спокойно, – уточнил Игумнов. – Пока не возник, не появился призрак «братства». Но, повторюсь, как показывают последние события, за этим вряд ли стоит что-то серьезное или кто-то серьезный. – Он довольно красноречиво посмотрел на наручные часы. – Алексей, тебе понадобится здесь помещение? Если да, то скажи, я дам ключи от соседнего кабинета.
– Хорошо… Спасибо, Игорь, пока не нужно.
– Транспорт? Хм… – Игумнов каким-то усталым жестом коснулся лба. – Вот с этим есть проблемы… Но если надо…
– У меня свой транспорт.
– Отлично. – Игумнов встал из-за стола. – Мой сотовый у тебя есть. Если что, звони мне в любое время дня и ночи.
Он протянул ладонь.
– Рад был познакомиться, Алексей. И рад буду оказать максимальное содействие… тем более что работаем по одному делу.
Волков пожал руку местному коллеге. Он уже направился к выходу, когда хозяин остановил его.
– Минутку, коллега!..
– Да? – обернулся Волков.
– Ты спрашивал инфу по «Братству»… о последних новостях.
– Меня это очень интересует.
– Есть одна тема… Но это все очень косвенно относится к предмету разговора.
– Что за тема?
– Во вторник в соседнем Апшеронском районе случилось ЧП… Кто-то убил двух охранников местного лесного хозяйства.
– И какое это имеет отношение к «братству»?
– Один из погибших… фамилия, кажется, Кадакоев, когда-то входил в местную группировку «братства». И, кстати, был тесно связан с его лидерами, братьями Нухаевыми.
– Хм… – Волков бросил на собеседника задумчивый взгляд. – А где можно разжиться информацией по этой вот теме?
– Я сам это вычитал из свежей суточной сводки… По этому делу задержан один гражданин, но подробностей не знаю.
– Кто ведет расследование?
– Должно быть, апшеронский райотдел полиции и местная прокуратура.
Волков выбрался из здания на свежий воздух. Он собирался пешочком пройтись в пару-тройку мест: туда, где обнаружили гроб, и в те места, где были найдены нанесенные неизвестными изображения оскаленной волчьей пасти. Не то чтобы он видел большую пользу от того, что лично осмотрит эти места, где кто-то наследил, но чем-то же ему надо здесь заниматься.
Он вышел в переулок. Остановился, достал пачку «Кэмела», закурил. Из головы не шло то, о чем он только что услышал от местного коллеги. А именно, ЧП в соседнем районе. Пожалуй, это одна из немногих ниточек, которая может привести к тем, кто плетет сейчас паутину. К тем или к тому, кто, возможно, стоит за последними событиями в Краснореченске.
Алексей извлек из чехольчика на поясе сотовый телефон. Найдя в списке номер мобильного Анохиной, позвонил.
– Слушаю, – прозвучал в трубке женский голос.
– Вы где сейчас, Светлана?
– В местном райотделе. А что?
– Можете говорить? Или заняты чем-то важным?
– Могу. Я тут дожидаюсь одного сотрудника… Пока, в общем, ничем особым не занята. А вам что-то нужно от меня?
