Он перевел взгляд на Фомина. Медленно поднял вверх указательный палец правой руки, выразительно показав им на потолок. Тот кивнул – мол, все понял, на крыше чужой… Волков подошел к нему вплотную; шепотом произнес:
– Саныч, включите в «Соболе» радио.
– Радио?
– На волне местной радиостанции… – вновь зашептал Волков. – Или «Маяк», если найдете… Пусть думают, что здесь все идет своим чередом… А то вот эта тишина в соседнем с ними боксе, при том что ворота открыты, может их насторожить.
Фомин, кивнув, направился к стоящему на яме микроавтобусу. Из трубки, прижатой к уху, вновь зазвучал возбужденный женский голос:
– Ой!.. Он в нашу сторону смотрит!
– Светлана, не смотрите сюда! – быстро произнес Волков. – Отвернитесь… Смотрите в другую сторону!
– Что? А… Да… Я поняла! Все, не смотрю!..
– Вы где сейчас? Вы не в машине, я так понимаю?
– Нет… Я чуть отошла…
– Как это?
– Я стою на этой самой дороге, метрах так… в сорока от «Форда»… Тут остановка была… Сейчас ее нет, но лавочка осталась.
Волков видел этот «карман» с лавочкой на ведущей к пищекомбинату дороге. Раньше там, должно быть, действительно была автобусная остановка, но сейчас ее перенесли чуть дальше – метров на триста примерно. Ему стало тревожно (хотя и без того уже обливался холодным потом). Уж слишком близко находится сейчас Анохина к гаражам. От этой бывшей остановки по прямой до въезда в гаражные боксы всего каких-то метров сто, не больше.
Он хотел сказать Светлане, чтобы она уходила оттуда, что далее там находиться опасно… Разве что на «Форде» ее отправить? Но, кроме патрульного, что остался в машине, да ветерана Фомина, он сейчас не располагает более никем.
Только он подумал о сержанте, оставшемся в патрульной машине, как ожила рация:
– Товарищ начальник, – послышался взвинченный мужской голос. – Там по крыше ходит кто-то… С виду работяга… в спецовке или комбинезоне! Оружия при нем не наблюдаю.
Волков достал из верхнего кармашка разгрузки рацию. Поднес ее к губам, и, дождавшись, когда из включенной только что Фоминым автомагнитолы зазвучит бодрый голос ведущего местной радиостанции, отозвался:
– Понял тебя, сержант! Ты вот что… Ты сейчас не смотри в нашу сторону!
– Ясно! Не буду пока смотреть!
– Нет… не так!
– Э-э… не понял? А как?
– Открой капот!.. Типа проблема с движком!
– Ага… Открыть капот…
– И наблюдай… но осторожно! Особо головой не верти. Аккуратно, короче, себя веди.
– Понял!
– И помни, что я говорил тебе про девушку… За нее тоже отвечаешь!
Никитин по-прежнему находится на связи. Волков слышал через наушник гарнитуры, как тот с кем-то разговаривал по другой линии. Николай Андреевич через референта оставил этот канал для Волкова постоянно открытым (очевидно, чтобы тот был в курсе всех его переговоров). Причем разговор уже велся на повышенных тонах… Похоже, руководство округа и края очень серьезно восприняли информацию, получаемую в нынешнем своеобразном формате, фактически режиме on-line из Краснореченска…
Сам же «альфовец» пока толком не знал, как именно ему следует поступить. Их с Фоминым двое, а гоблинов – два десятка. Где-то у них над головой расположился явно отряженный этими выродками наблюдатель…
Единственный плюс во всей этой ситуации Волков видел в том, что ублюдки пока не знают о том, что за стенкой у них, в соседнем боксе, расположились двое, наблюдающие, в свою очередь, за ними.
Волков застыл на месте, ощущая всем телом, всей душой, как возрастает напряжение. Он стоял лицом к открытому гаражному проезду; он готов пустить в ход оружие в любой момент, если наблюдатель только попробует спрыгнуть с крыши…
Одновременно он прислушивался к звукам: к тому, что происходило за стеной, – всего в нескольких шагах от него – и к тем звукам, которые долетали из двух включенных на прием раций, милицейской и трофейной, а также из прикрепленной к ушной раковине гарнитуре.
Судя по переговорам на милицейской волне, обе патрульных машины, первыми выехавшие на место событий, остановились недалеко от поворота к гаражам… Да, одна ближе к проходной пищекомбината, у самой стены… Другая… Другая, судя по только что прозвучавшему докладу, остановилась на повороте… А это значит, что эта вторая патрульная машина находилась всего в ста, максимум ста двадцати, метрах от припаркованного неподалеку от ворот серебристого «Опеля», в салоне которого находился еще один наблюдатель от этой группы гоблинов.
Алексей поднес к губам портативную рацию, взятую у второго сержанта. Не сводя глаз с гаражного проема, стал вызывать эту вторую патрульную машину, чей позывной он услышал в эфире:
– «Полста седьмой», вы слишком близко подъехали!
– На связи «полста седьмой»! – отозвалась рация. – Кто вызывает?
– Сдайте назад… – не называя себя, распорядился Волков. – Метров на сто дальше встаньте! У них наблюдатель на крыше!
– Наблюдатель? Они нас видят?
– Скорее всего… Будьте осторожны… могут в любой момент открыть огонь! Главное, контролируйте выезд!.. Не дайте им выехать из района гаражей!
