Браво-брависсимо полностью

Д м и т р и й. Вы свободная женщина. Конечно, я для вас слегка староват. Но что такое в наше время возраст? Всего лишь цифры. И к тому же у нас ведь всё не в серьез, а для обоюдовыгодного дела. Кстати, насчет обучения верховой езде. Завтра сразу после завтрака. А бильярд – после обеда, перед ужином. А наши отношения – в то же время, что и сегодня.

А н н а. Какие отношения? Тем более по какому-то контракту. Не стану я объектом ваших развлечений.

Д м и т р и й. Анна, это вы будете развлекаться, а для меня это работа.

А н н а. Надо же! И имя уже разведал.

Д м и т р и й. Вот, правильно, давай уж сразу на «ты».

А н н а. Не буду я с вами на «ты». Просто вырвалось.

Д м и т р и й. Будешь, Анечка. На лице твоем написано гуманитарное образование и хорошая внутренняя культура. Значит, «ты» тебе должно претить, как всякое другое проявление неестественности и жеманства.

А н н а. Ладно, вас-то как? Тебя?

Д м и т р и й. Дмитрий Калачёв.

А н н а. Припоминаю. Политические детективы. Листала, но не купила. Не мой жанр. А что за спор? Чего вдруг?

Д м и т р и й. Хочу доказать одному человеку и самому себе, что писать о любви мне тоже по силам.

А н н а. А без этой канители не напишется?

Д м и т р и й. Это не канитель. Это допинг.

А н н а. Ну, так в чём моя задача? Вот так с вами… с тобой вести диалоги?

Д м и т р и й. Не всё время. В какой-то момент слов становится мало… Мне трудно объяснить… Если честно, я еще ни разу никого по-настоящему не любил.

А н н а. Ну, да. Не было необходимости. Все время тебя любили. Как это знакомо! У меня второй сын такой.

Д м и т р и й. (с большим удивлением) Эти двое – не все?

А н н а. Всего четверо.

Д м и т р и й. Вот это да!

А н н а. А чего голос-то упал? У нас ведь не в серьёз.

Д м и т р и й. Я просто поражен, как ты справляешься. Тут самое время задать совсем бестактный вопрос…

А н н а. Ну, особенно-то не мучайся. Муж умер четыре года назад.

Д м и т р и й. Какой-то странный тон… Ты его не любила?

А н н а. То любила, то ненавидела. Какой же ты все-таки нахал.

Д м и т р и й Не нахал, а наглец. А за что ненавидела, в том сама была отчасти виновата?

А н н а. Конечно.

Д м и т р и й. А сейчас по выходным в церковь ходишь, просишь бога послать тебе мужчину, отца для твоих детей? Можешь не отвечать. Это так.

Анна несколько секунд сидит, будто пораженная молнией, потом с оскорбленным видом вскакивает со скамейки и направляется к входу в корпус. Дмитрий догоняет ее.

Д м и т р и й. Ну, прости. Что-то на меня сегодня нашло. Ну, пожалуйста, Аня!

Берет Анну за руку, она с ожесточением вырывает руку. Теперь они стоят лицом к лицу и смотрят друг другу в глаза.

Д м и т р и й. У тебя удивительное лицо. Из позапрошлого века. Не обращай внимания на мои закидоны. Я просто дергаю тебя за косичку. А ты даешь мне по башке портфелем. Теперь можно помириться. Мир?

А н н а. Эти слова для повести или для меня?

Д м и т р и й. Эти – для тебя. Про повесть я уже забыл.

А н н а. Ну, как не забыть. Вошел в роль. Не верю! Но можно проверить. О чем твоя повесть? Ну, есть же там что-то, кроме слюней любви?

Д м и т р и й. Я ведь уже сказал – как карта ляжет.

А н н а. Не бывает такого. У каждого писателя есть план. Где план?

Д м и т р и й. Нет плана. Как сложится сюжет сам по себе по ходу отношений, так и будет.

А н н а. Авантюра какая-то.

Д м и т р и й. Ну, авантюра. В этом и фишка.

А н н а. Не понимаю, что дальше-то делать?

Д м и т р и й. Наверное, что хочется. Я бы сейчас, прошелся с тобой, взяв тебя за руку.

А н н а. Еще чего!

Д м и т р и й. Боишься дать руку? Понятно.

А н н а. Что понятно?

Д м и т р и й. Не хочешь будоражить себя перед сном.

А н н а. Я приехала сюда отоспаться.

Д м и т р и й. Тогда не смею задерживать. Сон – это святое.

У Анны звонит мобильник.

А н н а. Да, Макс.

Г о л о с М а к с а. Чем занимаешься, матушка?

А н н а. Макс, давай потом.

Г о л о с М а к с а. Нет, матушка, потом не будет. Какой пример ты подаешь детям?

А н н а. Ну, ты гусь, Макс! (смотрит на окна своего номера, видит Павлика и Женю) Из всех соглядатаев сделал!

Г о л о с М а к с а. Матушка, мы не дадим тебе пасть в наших глазах.

А н н а. Больше не звони. Не отвечу.

Отключает мобильник.

Д м и т р и й. Второй сын еще и ревнивец? Это не лечится. Ни лекарствами, ни мордобоем. Либо само проходит, либо…

А н н а. Либо?

Д м и т р и й. Либо дай тебе бог терпения. Вот беда-то. Как же так получилось?

А н н а. Кто бы мне объяснил.

Д м и т р и й. Нежничала с ним?

А н н а. Ну, не до такой степени. Ты что-то не то подумал. Просто у него своя кандидатура.

Д м и т р и й. Тебе в мужья? Ну и как он тебе, этот кандидат?

А н н а. Это человек, которого я посадила за попытку взять детей в заложники.

Д м и т р и й. Офигеть!