«Могучий селезень, облачённый в чёрные плащ и шляпу, пронзил своим копьём злого-злого гуся. И вместе со своим другом селезнем, чьё оперение было чёрным как его душа, они встретились с парой прекрасных уточек и начали своё путешествие в город Света. По дороге они сразились с опасными лесными шавками, множеством злых гусей и даже смогли спасти красивую голубоглазую уточку. Но город, который они считали обителью добра и справедливости, оказался поражён порчей, что зовётся алчностью. И великому селезню пришлось вновь облачиться в свои геройские плащ и шляпу, дабы навести в нём порядок.» — Почему ты используешь для рассказа образы птиц и животных созданных из маны? – спросила девушка, не сводя взгляда своих бирюзовых глаз с юноши, что лежал в кровати и рассказывал историю их похода. — Я художник, я так вижу. – ответил он и создал ещё пару силуэтов злых гусей из белой маны, перед которыми стоял гордый чёрный селезень в плаще и шляпе.
Вижу ли я сны или это воспоминания из прошлого? Чаще всего для меня отдых — это просто пустота, отсутствие мыслей и сплошная тишина, что обволакивает разум, даруя ему долгожданную передышку. Но сейчас передо мной были образы. Мутные, слабо различимые, но образы людей или душ, что я знаю. Я наблюдал за тем, как яркий белый образ, фигурой, напоминающей девушку, склонился над силуэтом, чей свет почти погас и сдался тьме, что жадно поглощала его.
— Вы должны бороться учитель, не должны сдаваться! - звенел в этой густой окружающей нас пустоте её голос.
— Мой путь завершён, Тиасиль. Позволь мне найти покой. Дай раствориться в мироздании без остатка. - ответил ей безжизненный и лишённый всяких эмоций мужской голос.
Я же, наблюдавший за этим со стороны, чувствовал себя лишним. Да и сцена мне казалось не такой, которую я помнил. Помнил? Разве это мои воспоминания? Неожиданно Тиасиль коснулась груди гаснувшего силуэта. После его исчезновения в её руке оказался белый, пока ещё тусклый осколок, который начал постепенно сиять всё сильнее. Она наполнила его своей маной? Это осколок Хранителя, что достался мне? Внезапно девушка оказалась передо мной и вонзила этот осколок в мою грудь. Я ощутил огромный поток маны, что пытался сжечь меня, в то время как мой собственный тёмный источник окружил осколок, пытаясь защитить меня от его воздействия и подавить силу, что тот высвобождал. Моё сознание погасло в тот миг, а память об этом стала первым воспоминанием. Так Тиасиль спасла мою душу, используя осколок сердца хранителя, что погиб спасая миры. А я, верно следовавший за ним по этому пути, тоже был обречён на гибель, но оказался спасён его последней жертвой и милостью Тиасиль, что хотела спасти хотя бы одного. Кажется, я начинаю пробуждаться. Интересно, вспомню ли я, что мне снилось далёкое прошлое?
— Так вот какие воспоминания она создала взамен правды, что захотела скрыть… - прозвучал в пустоте мужской голос, который никто не мог услышать кроме самого говорившего.
Моё пробуждение было тяжёлым. Я с трудом смог открыть глаза и не сразу сфокусировал взгляд на незнакомом мне потолке. Судя по тому, что в комнате было светло из-за окон, через которые пробивались лучи местного светила, уже давно было утро или даже полдень. У меня ушло не меньше минуты, чтобы собраться с мыслями и вспомнить, что же случилось до того, как я уснул? Как только я осознал, что вырубился от последствий использования своего Домена и не знаю, чем всё закончилось я попытался приподняться. Но тело не слушалось, всё что я смог сделать — это чуть двинуть руками и туловищем.
— Ну, хотя бы живой. - просипел я севшим голосом.
— Ага, спасибо, что живой, дуралей. - послышался голос где-то рядом со мной.
— Марр… - говорить было тяжело, связки надрывались, чтобы выдать хоть какой-то звук.
— Кто, как не я, могу почувствовать твоё состояние по печати? И первым встретить тебя после пробуждения. Позвать остальных? - задал он вопрос, понимая, что я вряд ли захочу показывать свою слабость.
«Нет.» - использовав печать ответил я. Общение через неё не вызывало физического дискомфорта, да и нагрузки на тело она не оказывала.
«Хочешь поговорить или оставить тебя отдыхать?»
«Хочу узнать сколько я был без сознания и чем все закончилось?»
«Где-то пару недель прошли с нашей битвы на аукционе. Целители взялись исцелять тебя практически сразу, как привезли в собор. К концу первой недели повреждений, видимых местным целителям, не осталось. Но в себя ты приходить не хотел.»
Марр какое-то время молчал, видимо, восстанавливая события в памяти в деталях, что произошло после убийства Покорившей (IV) из рода Фиам.
«После того как та пироманьячка взорвала свои остатки маны, пытаясь сжечь всё вокруг, ты прикрыл нас барьерами чтобы защитить. Что скорее всего и стало последней каплей для твоего тела, оно отказалось дальше терпеть твою безрассудную душу. В общем, я подхватил прекрасное тело Ирэн и схватил тушу Дэмиена, потащил их в комнату, в которой ты был с церковниками. В этот момент ты как раз вырубился. Соответственно, Домен, потерявший своего хозяина, начал разрушаться. Либо ты успел отдать команду, либо нам просто повезло, но разрушаться он начал вверх и уничтожил ко всем чертям крышу аукционного дома. Остатки маны свалили в небо.»
«Что с ребятами?» - задал я беспокоивший меня больше всего вопрос.
«Живы. Ирэн цела, целители смогли залечить ей раны и убрать ожоги, так что наша прекрасная соратница не сильно пострадала. С Дэмиеном похуже, всё же гнев загнанной слуги рода Фиам он принял на себя. Большую часть ран и повреждений пролечили, но глаз не спасли. Для этого нужны очень сильные целители. Но я думаю, он предпочёл бы иной вариант. Всё же он пытался узнать у меня, можно ли сделать артефакт на замену глаза.»
