– А теперь давайте толком знакомиться, – сказала остроухая красавица. – Меня, если кто не знает, зовут Алливи Эллевалериэ. Я, по вашей терминологии, эльфийская принцесса, дочь Хранящего Свет, Владыки Эльварана. Принадлежу Ярости. Ученица Храта Сломанного Клыка, орка. Цвет – алый. По пророчеству – Принцесса.
– Я – Раха Двойной Коготь, урук‑хай, – последовала ее примеру краснолицая. – Ученица Тинувиэля Эллевалериэ, младшего брата Алливи, эльфа. Принадлежу Жизни. Цвет – зеленый. По пророчеству – Вторая.
После нее по очереди представились остальные девушки. Шен поначалу ничего не понимала. Но вскоре Элиа рассказала ей о Пророчестве Пятерых. Затем поведала историю наивного манхенского горца, высадившегося в городе Тарсидаре и никак не ждавшего, что именно он станет исполнителем древнего, почти забытого пророчества. И обо всем случившемся далее. Шен слушала ее с широко открытыми глазами, постепенно начиная понимать, что она и в самом деле не просто рабыня, а нечто куда большее.
– Потому хочу представить тебя тебе же самой, – закончила рассказ улыбающаяся Элиа. – Ты – Шен из Авендара. Принадлежишь Тьме. Цвет – черный. Ученица Лека ар Сантена, с которого и началась вся эта история. Не рабыня, а ученица! По пророчеству – Неизвестная!
– Неизвестная... – повторила Шен, пробуя прозвище на вкус. Понравилось.
– И ты нам всем подружка и сестренка!
– Спасибо... – прошептала девушка, едва сдерживая слезы и наконец‑то поверив в невозможное. В то, что свободна.
– Только сразу скажу: на наставника рта не разевай! – хитро прищурилась черноволосая красавица. – Он – мой. И только мой!
– Мне, кроме Эхе, никто не нужен, – несмело улыбнулась Шен.
– Любишь?
– Да... Только где он сейчас?
– А вот император наш проснется, попросим, чтобы узнал.
– Какой еще император? – вздернула брови Ле. – Он же погиб.
– Да твой наставник, – рассмеялась Элиа. – Он и есть новый император.
– Я знала, что так будет! – встала Жрица, в ее глазах зажегся огонек безумия. – Он – Владыка, дарящий Свет, стоящий у трона богов!
– Выходит, мы с тобой – ученицы самого императора?.. – задумчиво протянула Кара, постукивая по столу пальцами своей искалеченной руки. – Интересно.
Шен смотрела на страшную трехпалую руку и ежилась. Элиа кратко рассказала ей историю каждой из присутствующих. И эта девушка пять лет выносила самые нечеловеческие пытки молча?! Не сдалась на милость палачей? Как же такое возможно? Бывшая рабыня понимала, что сама не вынесла бы и суток. Ей страшно хотелось уважительно поклониться Беспалой, но Шен сдержала свой порыв, боясь оскорбить ту.
– Но это не все, девочки! – голос Элиа опустился до шепота, сделался заговорщицким.
– А что еще? – удивилась Раха.
– Мальчишки собираются эльдарами становиться!
– Брешешь! – едва не выронила чашку с лартом Тайка. – Охренели в край...
– Им не справиться вчетвером, ну, пусть – впятером! – продолжила Леди, не обращая внимания на слова Охотницы.
– И что ты предлагаешь? – скептически приподняла ухо Алливи.
– Я? Все просто. Предлагаю нам тоже в эльдары.
За столом воцарилось потрясенное молчание.
– Ты здорова? – осторожно поинтересовалась Кара. – Может, тебе пойти отдохнуть?
– Здорова! – возмутилась Элиа. – А почему нет?
– Никто и никогда не слышал, чтобы женщины становились эльдарами! – отрезала Беспалая. – Чушь несешь.
– Но императрицами женщины бывали, – возразила Леди. – Целых пять раз. Так почему бы нам и не стать эльдарами? Лиха беда начало. Будем первыми ласточками.
– Совсем сдурела... – растерянно буркнула Тайка и покрутила пальцем у виска.
– Да вы сами подумайте, девочки! – продолжила уговоры Элиа. – Ребятам насколько тяжело придется – подумали? Их всего четверо, да один старый. В империи раньше никогда меньше шестидесяти эльдаров не бывало. Как они потянут? А если и мы рыцарями престола станем, то это уже двенадцать. Все легче будет.
– В чем‑то ты, конечно, права, – согласилась Раха, почесывая щеку. – Только кто ж нам позволит? Кто ж нас возьмет?
– А тут Каре с Ле карты в руки, – хитро прищурилась Леди. – Неужто две красивые девушки одного не слишком избалованного женским вниманием парня не уговорят?
Жрица с Беспалой заговорщицки переглянулись и прыснули. Потом согласно кивнули, давая понять, что уговорят. Они за последнее время стали близкими подругами и давно подумывали о том, чтобы забраться к наставнику в постель. Друг к другу ревности они почему‑то не испытывали ни малейшей, да и к сестрам по Пророчеству тоже, зато ни одну постороннюю особь женского пола не подпустили бы к Санти и на пушечный выстрел, считая того своей собственностью. И если кто попробует подойти – глаза выцарапают! Совместными усилиями. Мнение самого рыжего подругами во внимание не принималось. Никуда он не денется!
– Значит, все согласны? – поинтересовалась торжествующая Элиа.
