Сигнал «Набат» здесь получили вместе со всеми частями русской армии — но эта часть была постоянной готовности, и план действий в кризисной ситуации здесь был свой. Здесь постоянно были дежурные экипажи, как ГПСД, так и ГНСД, постоянно «под парами» находилась техника. Хорошо, что сигнал тревоги прозвучал не в выходные — тогда бы пришлось забирать офицерский состав с берега. А так — все были на месте.
Еще через пару часов поступил приказ — готовиться к выдвижению в район порта Бейрут, в район побережья г. Искендерун, выдвинуться в порты Одесса, Севастополь, Балаклава, Константинополь и взять их под охрану, не допустить проникновения боевых пловцов противника. Также предписывалось выделить несколько экипажей для участия в сбор-походе Черноморского флота. В этом случае боевые пловцы обеспечивали комплекс противодиверсионных мероприятий вместе с силами безопасности морской пехоты. Ведь если, к примеру, на палубу линкора скрытно высадится отряд боевых пловцов противника и захватит корабль — то корабля у нас уже не будет, и смысла во всем его вооружении, ракетном, пушечном, нет никакого. Точно так же смысла в нем не будет, если боевые пловцы подкрадутся к нему под водой и установят мины. Противодиверсионным мероприятиям на флоте уделялось не намного меньше внимания, чем возможному противостоянию с флотами потенциальных противников.
В общем и целом — работы навалилось столько, что на Змеином не должно было остаться никого.
Командовал на Змеином сейчас капитан первого ранга Зубастый. Многие думали, что это его кличка, оставшаяся со времен, когда он сам был боевым пловцом, и он вполне, надо сказать, ее заслуживал — но это была его настоящая фамилия. Виктор Петрович Зубастый, капитан первого ранга, прошу, как говорится, любить и жаловать. Кстати — на Змеином церемонии никогда не уважали, и обращались друг к другу не по уставу — «господин капитан», «господин лейтенант» и не по имени-отчеству, а по кличкам. У каждого боевого пловца, «бопла» если по-простому, была кличка, она присваивалась при поступлении в часть, и только она использовалась в повседневном общении. Доходило до взысканий — иногда боевые пловцы при общении со старшими офицерами штаба флота представлялись не именами, а кличками, за что получали разносы. Единственный, кого иногда здесь звали по фамилии, был командир части, каперанг Зубастый, впрочем, и ему присвоили кличку Зуб. Здесь все клички были простыми, такими, чтобы легко было выкрикнуть в боевой обстановке.
Сейчас капитан Зубастый, вместе с офицерами штаба находившийся на самом нижнем уровне, больше чем в двадцати метрах над поверхностью, стоял в одном из штабных помещений. В помещении было сыровато — сырость тут не выводилась ничем, море как-никак. В помещении был большой, похожий на бильярдный стол, и над ним было несколько ярких светильников, тоже почти как в бильярдных. На столе лежала карта зоны ответственности диверсионной службы Черноморского флота и несколько карт отдельных его участков. Офицеры мрачно разглядывали их, пытаясь правильно распределить свои силы. Такое количество боевых пловцов — вся часть целиком — для выполнения боевых задач потребовалось впервые, распределение сил и средств больше походило на перетягивание одеяла. Натянул на голову — ноги голые, укрыл ноги — голова осталась открытой. Обстановка в штабе больше походила на склоку в пивном баре — но это было правильно. Единоначалие начиналось тогда, когда принимался план и отдавался приказ — до этого любой боец мог высказывать свое мнение. У каждого был свой боевой опыт, и ничей опыт не был лишним. Но как только отдавался приказ — все обсуждения прекращались.
— Все подводники нужны в двух местах — для охраны наших баз и для сопровождения ордера, [158]— мрачно сказал невысокий, наголо выбритый, загорелый до черноты крепыш в форме с погонами капитана третьего ранга, кап-три Широбоков, по прозвищу Лоб, — с портом и с Искендеруном справятся мои.
— А с нападением со скоростных надводных носителей как подводники справятся? — ГПСД командовал капитан второго ранга Друзь, свое звание он получил недавно, но традиционное соперничество между ГПСД и ГНСД обострилось в связи с этим. Каждая группа считала себя круче во всем, и если у одной группы командир — капитан второго ранга — значит, у другой он должен быть, по меньшей мере, первого. Кличка у капитана второго ранга соответствовала его фамилии — Друз… [159]
— А как эти носители в Черное море попадут?
— А как вообще они в Искендерун попали — ты видишь, что там находится, по карте? Если они туда попали — значит, они все что угодно могут сделать. Взял в аренду скоростной катер, погрузил на него полтонны взрывчатки — и пишите письма. Ты в раю, а задница все еще дымится…
— Скорее в аду. Тем не менее от атак с таких вот скоростных катеров должна защитить морская пехота, группа безопасности. Должны же они хоть что-то делать?
— Сам сказал — хоть что-то…
