Бремя власти полностью

— Нет! — резко сказал маг Огня. — Не смей. Их слишком много. Ирмио попробует поддержать в нём жизнь…

— Но я же держусь за Бремя! — разгорячённо заявил юноша. — Они не смогут дотронуться до меня…

Миртен хлопнул его по лбу рукой.

— Дурень… щит заканчивается на расстоянии футов шести от нас. Ты сам не сможешь их достать. Или тебе придётся отпустить камень.

— Мать-перемать… но как же возможно это терпеть?..

— Уж как-нибу…

Слова застряли у мага в глотке.

Бледно-зелёная молния разорвала ночной мрак, вонзившись в скопище теней. Затем ещё одна и ещё. Вылетающие из лесной чащи сверкающие стрелы проделывали огромные дыры в телах чудовищ; вертясь, как волчки, те шипели и истончались, растворяясь в воздухе. Жуткий свист достиг немыслимых пределов, разрывая барабанные перепонки. Тени, обтекая невидимый щит, устремились в сторону нового противника.

— О, боги… — ошарашенно прошептал Гуго.

Из-за деревьев на поляну с дикими завываниями высыпала целая орда дхаргов. С оскаленными мордами, в тускло поблёскивавших чернёных кольчугах и с огромными секирами в руках. Дхарги рубили врагов, не нанося им, на первый взгляд, никакого ощутимого вреда; только присмотревшись, путники стали замечать, что тени, раненые страшными топорами, как будто слепли, теряли на время способность оценивать происходящее: они то застывали столбами, то принимались лихорадочно носиться с места на место, разметав в стороны свои ужасные щупальца и натыкаясь на деревья — до тех пор, пока их не настигала очередная зелёная молния.

Потери среди дхаргов были огромны. Тени, не обращая никакого внимания на разящие секиры, волнами накатывались на своих противников и даже в смерти пожирали их тела, мгновенно проделывая в них чёрные дыры и выпивая внутренности. Дхарги не отступали. Рыча и воя, они размахивали сверкающими лезвиями, а упав, в предсмертных судорогах пытались достать врагов, клацая челюстями.

Остолбенев от ужаса и боясь хоть на секунду отпустить Бремя Власти, Миртен с Гуго наблюдали за этой смертельной вакханалией; Ирмио, склонившись над недвижно лежащим на земле Эдмундом, пытался вдохнуть в него жизнь.

—  Идти…

Внезапно возникшая рядом с путниками фигура дхарга заставила их вздрогнуть. С мордой, походившей на кабанье рыло, заметно выше человека, он был почти обнажён: покрытое бурой шерстью тело прикрывала лишь набедренная повязка до колен, расшитая узорами. На его шее болталось с дюжину ожерелий, а в руке дхарг держал длинный посох, будто сплетённый из древесных корней.

Две тенипоявились за его спиной; мгновенно обернувшись, дхарг выставил в их сторону навершие посоха, в котором тускло поблёскивал крупный зелёный камень. Камень взорвался ослепительным светом, выпустив в чудовищ зигзагообразную молнию, мгновенно их испепелившую.

—  Идти… — раздражённо повторил дхарг, махнув лапой в сторону леса, противоположную той, где кипела битва. Почти в то же мгновение рядом с ним появились ещё с десяток его собратьев; без церемоний подхватив людей — кого подмышки, кого взвалив на плечи, — они огромными прыжками помчались в лесную чащу. Гуго извивался, как червяк; недолго думая, его оглушили ударом дубины. Лишь краем глаза Миртен успел заметить, как дхарг с посохом, засунув упавшее Бремяв один из их заплечных мешков, ринулся за ними следом.

Ветки хлестали по глазам, мешая хоть что-то увидеть. Миртен уже сипел от натуги, сдавленный огромными лапами свиноподобного урода, который тащил его, обхватив за середину туловища. Два раза его на ходу передавали другим носильщикам, точнее, перебрасывали, как какой-нибудь мешок с овсом. Дхарги неслись по лесу подобно стаду кабанов: не разбирая дороги, ломая подлесок, перескакивая через небольшие овражки, хрипя и гавкая.

От дхарга исходила густая вонь немытого животного; густые капли слюны падали из его тяжело дышащей пасти, иногда шлёпаясь прямо на лицо Миртена. Маг вздохнул с облегчением, когда они, наконец, сбавили ход. Уже занималось утро; серая рассветная дымка окутывала Застенье.

—  Шарку, — проревел кто-то из них, и Миртена, как тот же мешок, просто швырнули на землю. Рядом с ним слышалось прерывистое дыхание Ирмио и голос Гуго, который уже успел прийти в себя. Он сидел на мокрой от росы траве, тихо матерясь: на его лбу красовалась огромная шишка. Дхарги немедленно потеряли к ним всякий интерес: кто-то из них, достав из походных сумок нечто похожее на лепёшки, принялся закусывать, другие тут же справляли нужду. Привал устроили на краю обрывистого склона; снизу слышалось журчание воды.

Маг покрутил головой, высматривая Эдмунда; тот лежал на земле в десяти шагах от них, тяжело дыша. Кивком головы Миртен указал на него Ирмио; они одновременно встали и, удостоившись лишь пары косых взглядов со стороны дхаргов, подошли к юноше. Тот открыл глаза.

— Всё нормально, — слабым голосом произнёс Эд.

— Что с тобой случилось, можешь сказать? — тихо спросил Ирмио.

С трудом приподнявшись, Эдмунд сел, опираясь на руки.