– А есть информация о том, что происходит у Ларионова? – я дождался паузы в речи Макарыча и спросил.
– Диктатура, – лаконично ответил Макарыч, – однако и там, все труднее и труднее контролировать ситуацию.
– То есть везде разброд и шатание, надоело людям жить спокойно, – прокомментировал я, – хотя, как раз в данной ситуации страдают простые люди, а «педалируют» тему анархии отдельно взятые личности… думаю, нам тоже в ближайшее время стоит ожидать переселенцев, точнее беженцев.
– Именно так, – кивнул Макарыч.
– Ясно, какие предложения у службы безопасности? – сказал я и, открыв ежедневник на чистой странице, написал
– Во-первых, необходимо ввести комендантский час.
– Как жеж работать-то? – Встрепенулся Михалыч.
– Федор Михалыч, прошу, дослушайте, – поднял я руку.
– Комендантский час будет распространяться непосредственно на жилой поселок, складские территории, пирсы и строящийся за хутором «барачный» городок, где живут в основном новенькие. Во-вторых, ввести короткие смены патрулирования из ополченцев, люди среди них в основном из старожил, многих знают в лицо, так будет проще присматривать за теми, кто прибыл на остров в течение последних двух месяцев. Усиление по стратегическим объектам, наблюдательным пунктам и в группе быстрого реагирования проведено еще три недели назад.
– В-третьих, необходимо ввести ночное патрулирование акватории архипелага, Иван Иванович, Максим, это вам задача, решить надо уже вчера.
– Решим, – Иваныч кивнул, – «Аврору» и пару мотоботов выделю.
– Да, – Макарыч перевернул несколько страниц ежедневника, нашел нужную пометку и спросил, – Максим, у тебя командиром взвода служит такой бурят… Тургэн Шоно.
– Есть такой, из бывших ментов, отличный парень и опыт боевой у него есть, мы его все Толиком называем.
– Я знаю, он из Улан-Удинских оперов, так вот, его надо на время всей этой чехарды прикомандировать к службе безопасности, мне нужен оперативник.
– Понял, только он сейчас обеспечивает переезд Фимы в Лунево.
– Как прибудет на Сахарный, ко мне его.
– Есть.
– Ну вот, Сергей Николаевич, это пока основные предложения, есть еще варианты, но мы их обсудим только с силовиками.
– Хорошо, у кого-то есть предложения, замечания? – я осмотрел всех.
– Николаич, – пробасил Федор, – мы тут с Палычем пошептались, можно попробовать ввести в строй первую турбину ТЭС, и подать оперативно освещение по важным постам и дорогам.
– Делайте, – кивнул я и посмотрел на часы, – да, производственное совещание после завтрака. Кроме руководителей силовых служб, все могут быть свободны, до завтра…
Загромыхали стулья, люди переговариваясь, пошли к выходу.
– Эрик, ты останься, хочу поговорить с тобой на счет твоих лётных навыков, – я указал ему на освободившееся место за столом рядом с Иванычем…
Перед производственным совещанием удалось поспать четыре часа в застенках у Макарыча. Правда, перед этим, мы с ним еще заглянули на узел связи, решив несколько важных вопросов. Было еще одно, о чем я сказал Макарычу без лишних ушей:
– Макарыч, хочу тебе еще кое-что поручить.
– Внимательно, – Макарыч снял очки и потер, воспаленные от постоянного недосыпа глаза.
– Надо организовать службу «хед хантеров» и разослать агентов по анклавам.
– Хм… если перевести, то как-то негуманно.
– Кто бы говорил о гуманности, – я улыбнулся, – ты понял слишком буквально, хотя за границей до Волны это именно так и называлось – «охотники за головами», только в переносном смысле. Нам кровь износу нужны спецы, особенно все те, что связаны с медициной, наукой, образованием. Нам бы хоть самую малость, чтобы начать хоть как-то переучивать менеджеров, юристов и прочих бесполезных сейчас людей на технарей, механизаторов и других, актуальных в наше время специалистов. Я не тешу себя иллюзиями и понимаю, что в ближайшем будущем основная потребность будет в знаниях! Иначе – деградация, полная и безоговорочная, и если нам повезет, и мы удержимся хотя бы на уровне паровой эпохи, то у наших детей есть шанс, и надеюсь, они будут умнее нас.
– Как тебя взбодрило-то это покушение, – Макарыч подлил мне кипятка в кружку.
– Отчасти да, но не проходит и дня, чтобы я не задумывался о будущем, которое, положа руку на сердце, мне видится пока еще очень и очень зыбким. Кончатся консервы, топливо, патроны, ржавчина сожрет последнюю лопату и что дальше?
– Копья, луки, стрелы, – грустно улыбнулся Макарыч и добавил, – каннибализм.
– Именно! Поэтому важно сохранить знания, источники знаний и учить людей и главное детей, причем делать упор на практические науки, необходимые в сложившихся обстоятельствах. Чтобы иметь хоть малую надежду на возрождение цивилизации, пусть в рамках нашего Архипелага, противостоять дикости, мы просто обязаны сохранить и приумножить знания и технологии.
– А так же власть и дисциплину, – Макарыч очень серьезно посмотрел на меня, – в условиях анархии, то о чем ты говоришь, невозможно.
– Согласен, и главное островитяне с этим согласны.
