— Правда? Я не с тобой разговариваю. — Говорю я, бросая на нее суровый взгляд. Мой взгляд снова падает на раздраженное выражение лица Джейдена. — Итак, я должна стоять здесь и принимать это? У меня нет права голоса? — Я показываю пальцем туда-сюда между ними. — Ты думаешь, это смешно, Джейден?
В мгновение ока он встает со стула и подходит ко мне. Мое сердце сжимается, потому что я безумно влюблена в него, а он относится ко мне так, будто я никто для него. В глубине души я знаю, что он отгораживается от меня, потому что я делаю это, когда хочу, чтобы кто-то ушел. Внезапно меня осеняет, он хочет, чтобы я ушла. Не из спортзала. Он хочет, чтобы я ушла из его жизни. Он не любит меня. Мои руки начинают дрожать, потому что я чувствую это в глубине своего живота. Он хочет, чтобы я разозлилась и вела себя безрассудно, чтобы он не чувствовал себя виноватым, когда закончит.
Некоторые бойцы стоят возле клетки, но держатся на расстоянии. Они видят, как он загоняет меня в угол, и я собираюсь съёжиться, но моя гордость не позволяет этого сделать. Воспоминания из прошлого мелькают в моей голове, когда меня загоняли в угол в моей комнате, вытаскивая из моей маленькой кровати, но я держу их в узде. Это Джейден. Я не должна его бояться. Он обещал всегда защищать меня.
— Нет, это не смешно. Я говорю тебе, что ты не можешь заходить просто так в спортзал. Я говорю тебе, что мне не нужно, чтобы ты обвиняла меня и ставила себя в неловкое положение.
— Ты хочешь, чтобы я ушла, — шепчу я. Слезы, скопившиеся на моих нижних веках, грозят пролиться, когда мое зрение затуманивается.
Его ноздри раздуваются, и две упрямые слезы обжигают мои щеки. Когда мое зрение проясняется, его серые глаза тверды, как сталь. Мои глаза видят тик его челюсти. Его зубы сжаты, когда он говорит:
— Да, я хочу, чтобы ты убиралась к чертям.
Я оглядываюсь вокруг, и все смотрят на меня, как на незваного гостя. Мои руки дрожат, но я сжимаю их вместе и сглатываю комок, образовавшийся в горле.
— Эй, мужик. Не говори так с ней. — Говорит один из бойцов по имени Джейкоб.
Джейден указывает на него, все еще глядя на меня с бессердечным выражением.
— Не вмешивайся, Джейкоб, — предупреждает он.
— Ублюдок, — говорит Жизель с жесткостью в голосе. Мои глаза находят ее, и она смотрит на меня, и между нами передается тайное сообщение. Безмолвное общение на языке, созданном только для нас, созданном нами. То, что осталось от меня, разбивается. Мое сердце и все мои чувства, которые были внутри, уменьшаются во тьме, которая живет внутри меня. Костюм непроницаемой брони овладевает мной внутри.
— Бри, — кричит Жизель.
Я все еще смотрю на нее, и она знает. Она знает, что я теряюсь. Каждый мужчина, с которым я когда-либо сталкивалась, причиняет мне боль тем или иным образом. Я думала, что исключением был Джейден. Он обещал защитить меня. Он шептал это каждый раз, когда мы были вместе в постели. Но он хочет освободиться от меня. Я ему не нужна и не была нужна. Ни одна девушка не хочет найти мужчину, которого она любит и которому доверяет, в закрытой комнате, получающего массаж от одной из его бывших пассий. Из всех массажистов, которых он мог бы нанять, почему именно она? Ответ смотрит мне прямо в лицо. Ему все равно на меня или на то, как я буду к этому относиться, потому что он меня не любит.
— Истерики из-за глупостей — это то, что причинит мне боль в клетке, а я не могу так рисковать.
Нейт подходит сзади к Жизель и, возможно, видит выражение моего лица, даже если не может понять, что происходит у меня в голове, потому что он говорит:
— Джейден, не надо.
Джейден бросает на меня холодный, жесткий взгляд, прежде чем его глаза становятся как расплавленная сталь, прежде чем он наносит последний удар мне в сердце.
— Джанин, возьми мою рубашку. Пойдем пообедаем.
Она подходит и с застенчивой улыбкой протягивает ему рубашку. Оттолкнувшись от молдинга двери, я ускользаю от его близости, уходя из его жизни без единого слова.
Все, что я с собой забираю — это боль.
БРИАНА
— Ты готова? — Спрашивает Маркус, менеджер частного клуба «Равноденствие».
Глубоко вздохнув, я поднимаю взгляд на человека передо мной.
— Да.
Сегодня вечером меня впервые включили в список VIP. Проработав здесь почти три года, я избегала давать частные танцы особым клиентам клуба «Равноденствие», насколько это возможно. Все танцоры должны быть доступны в эксклюзивном клубе. Только членам клуба разрешен особый VIP-статус.
После того, как я ушла от Джейдена, или, скорее, когда он практически выгнал меня из своей жизни. Я знала, что не смогу продолжать работать в танцевальной студии или жить в его квартире. Он ясно дал это понять всем. Он хотел, чтобы я ушла. Что все, что у нас было, официально закончилось.
