Российская эскадра, из конца 2012 года неожиданно оказавшаяся в начале января 1942 года в Черном море на траверзе Евпатории, продолжает свой боевой путь, безвозвратно меняя историю этого мира. Едва закончились сражения зимней кампании 1942 года, для уроженцев этого мира ставшие логическим продолжением битвы под Москвой, советское командование начало готовиться к грандиозной летней битве, которая определит дальнейший ход войны. Прочитав эту книгу, вы узнаете, как ковалось оружие Победы, как проходила локальная Брянская наступательная операция и до чего Туманный Альбион довела безвременная смерть Британского Борова.
15 апреля 1942 года, Полдень. Брянский фронт. деревня Дьяково. Хозяйство Бесоева.
Старший лейтенант ОСНАЗ Петр Петрович Вершигора
Ранней весной 1942 года – как раз в те дни, когда вся страна праздновала освобождение Пскова, Риги, Таллина и снятие блокады Ленинграда – я попрощался с политотделом 40-й армии и убыл в распоряжение отдела кадров Брянского фронта. Мне казалось, что я уже пообтерся среди командного состава, и теперь я отчаянно желал найти свое место на войне и покомандовать самому. Сам не знаю почему, но мне хотелось за линию фронта – то ли в рейдирующие части ОСНАЗА, совершающие глубокие прорывы в немецкий тыл, то ли к партизанам.
Как человек уже повоевавший, раненый и побывавший в окружении, я просто восхищался нашими советскими людьми, сумевшими повернуть против немцев их же немецкую тактику и идти с ней от победы к победе. Конечно, мне многое дало общение с бойцами 13-й гвардейской дивизии и с ее командиром полковником Родимцевым (на командном пункте которого я, пользуясь экстерриториальностью корреспондента, просиживал целые дни), но действия частей ОСНАЗА казались мне чем-то запредельным.
По какому-то странному стечению обстоятельств, а может быть, и по велению судьбы, когда я в отделе кадров Брянского фронта набрался наглости и заявил: «Хочу в ОСНАЗ», рапорту моему был дан незамедлительный ход. Не знаю, какие шестеренки военно-бюрократического механизма при этом провернулись, но уже в первых числах апреля я получил предписание и убыл в распоряжение своего нового начальства. При этом меня попутно переаттестовали из интенданта второго ранга (что соответствовало общевойсковому званию майора) в старшие лейтенанты ОСНАЗ. Злосчастные селедки[1] мне больше не грозили.
Начало апреля – такое время, когда внезапно оседающие сугробы вдруг сереют и начинают таять, повсюду поверх промерзшей земли разливаются бескрайние, подмерзающие по ночам лужи, а на пригретых солнцем южных склонах пригорков пробиваются зеленая травка и первоцветы. Фронтовые дороги в это время превращаются во что-то невообразимое: в заполненных водой глубоких колеях тонут по самое пузо даже обычно безотказные полуторки. Так что двести километров от деревни Нижний Ольшанец в пятнадцати километрах восточнее Ельца, где располагался штаб Брянского фронта, до места моего назначения, деревни Дьяково, в двадцати пяти километрах севернее Мценска, я с превеликими мучениями преодолевал чуть ли не неделю.
Мой новый командир, майор ОСНАЗА Николай Арсеньевич Бесоев, как и все кавказцы, был скуп на слова. Громче него говорил позвякивающий иконостас на его груди: звезда Героя Советского Союза, орден Ленина, два ордена Красной Звезды, и совсем недавно учрежденные орден Отечественной Войны 1-й степени и Орден Кутузова 3-й степени. Повоевал мой новый командир немало, и, судя по орденам, о его подвигах можно было бы написать не одну приключенческую книгу.
Прочитав мои документы, майор поднял свои черные глаза и некоторое время смотрел на меня будто на старого, почти забытого знакомого.
– Здравствуйте, Петр Петрович, – наконец сказал он после долгой паузы, – как говорят моряки, добро пожаловать на борт. Батальон, в который вы направлены служить, еще только формируется, но времени для расслабления и отдыха совершенно нет. Командованием перед нами поставлена очень важная задача, в суть которой вы будете посвящены позднее. У ОСНАЗА вообще не бывает неважных задач. – Он снова оглядел меня с ног до головы. – Со спецификой службы вы совсем еще незнакомы, да и все вакансии ротных и взводных командиров уже заполнены. Назначу-ка я вас пока адъютантом батальона и моим заместителем по разведке. Справитесь?
Я судорожно кивнул, а майор все так же спокойно, не повышая голоса, сказал куда-то в пустоту:
– Черданцева ко мне!
Через пару минут в помещении штаба буквально из ничего материализовался невысокий, но очень мускулистый старший сержант.
– Вот старший сержант Черданцев, – сказал мне майор, – наш инструктор по физической и специальной подготовке. Ваша с ним первая задача – в кратчайшие сроки дойти до такой физической кондиции, чтобы в деле не выпадать из обоймы. ОСНАЗ – дело жесткое, и очень не хотелось бы, чтобы вы стали причиной гибели кого-то из ваших товарищей. Вам придется попотеть. Понятно?
Я опять кивнул, а майор продолжил, уже обращаясь к сержанту:
