– Вы все здесь предатели, – дрожащим от ярости голосом прошипел он, – повторяю, вы свиное дерьмо, а не мои камрады по беспощадной борьбе германской нации с русским жидобольшевизмом и американской плутократией. Генрих, а ты, как ты смог это допустить?! Почему я должен узнавать об очередных поражениях нашей армии не от тебя, а из каких-то паршивых шведских газет? Ты молчишь, Генрих?
– Но, мой фюрер, – попробовал возразить Гиммлер, – по распоряжению ОКВ все резервы группы армий «Центр» были переданы на юг, фон Боку, для подготовки летнего генерального наступления. Одиннадцатая танковая дивизия, единственная оставшаяся в моем распоряжении, после длительного согласования была развернута мною для нанесения контрудара на Брянск. Но даже наши доблестные танкисты не смогли достичь успеха, увязнув в мощной противотанковой обороне большевиков. Наступление русских было внезапным, тщательно подготовленным, с применением большого количества танков и авиации. А непроходимые русские леса затрудняли воздушную разведку. Кроме того, всех сбила с толку их не имевшая первоначально никакого успеха отвлекающая операция под Мценском…
– Замолчи, Генрих! Я не желаю слышать твой жалкий лепет! Ты не оправдал возложенных на тебя Германией надежд! – с пафосом выкрикнул Гитлер и повернулся в сторону испуганно притихших Кейтеля и Йодля.
– Кейтель, напомните – кто меня убеждал в том, – заорал он, – что у большевиков после их зимнего наступления не осталось абсолютно никаких резервов? Как вы могли допустить, чтобы эти унтерменши смогли так легко разгромить нашу 2-ю танковую армию?
– Йодль! А где ваше хваленое оперативное искусство? Где победы над несметными ордами врагов, которые еще совсем недавно одерживали наши храбрые германские солдаты? Как могло получиться так, что враг прорывает наш фронт, окружает и уничтожает наши войска, а вы – генералы – ничего с этим не можете сделать, и даже более того, пытаетесь скрыть произошедшую катастрофу от своего фюрера? Где этот подлец Рудольф Шмидт? Так же сдался в плен большевикам, как и его друг и учитель Гудериан?
Вы знаете – что он наговорил русским, оказавшись в плену? Я знаю, что этот подонок и раньше был ненадежен. Он допускал возмутительные высказывания в адрес нашей партии и меня. Почему этот человек занимал столь высокий пост, а не был отправлен в отставку и не угодил под суд. Только не врите мне, Кейтель, – я уже все знаю!
– Но, мой фюрер… – растерянно пробормотал Кейтель.
– Молчите, Кейтель, – взвизгнул Гитлер, – и вы, Йодль, тоже! Измена! Кругом измена! Быть может, вы сами и не являетесь предателями, но их полно среди ваших генералов. Иначе как объяснить, что они не могут победить каких-то недочеловеков, которых вы, Кейтель, обещали полностью разгромить за шесть недель!
Где эти шесть недель, я вас спрашиваю?! Война длится уже почти год, а победы как не было, так и нет! Более того, русские наносят нам один сокрушительный удар за другим, а вы ничего не можете с этим поделать. Дошло уже до того, что вас бьют даже не зимой, когда на стороне нашего врага морозы, метели и снега, а летом, когда условия для действий германских войск просто идеальны. Зачем вы тогда мне нужны? Не лучше ли будет сорвать с вас погоны и отправить на Восточный фронт рядовыми в штрафные подразделения? Я знаю, что Сталин отстранил, разжаловал и расстрелял несколько самых тупых своих генералов. Так почему же вы думаете, что я, фюрер германской нации, должен действовать по-иному? Ваша жизнь сейчас не стоит и ломаного пфеннига!
Геринг чуть заметно вздрогнул и покрепче сжал в своей широкой как блин ладони рейхсмаршальский жезл. Понятно было – кто так настроил фюрера и подсунул ему эти проклятые газеты. Конечно же – это Мартин Борман, интриган, хитрый, как лиса, и ядовитый, как змея. К тому же он не несет никакой ответственности за обстановку на фронтах, и поэтому может по полной программе оттоптаться на Гиммлере, высшем генералитете и заодно на нем, Германе Геринге. Интриги в руководстве НДСАП и Третьего рейха – это святое. В свое время так сгинули Рем и Штрассер. А теперь он пытается подсидеть его, Геринга, и Гиммлера.
Заметив его движение, Гитлер оставил в покое изрядно напуганных генералов и повернулся в сторону Геринга.
– А где были ваши прославленные асы, Геринг? – выкрикнул он, впрочем, уже частично выпустив пар. – Почему они не смели прорвавшиеся большевистские орды одним могучим бомбовым ударом?
– Мой фюрер, – выпятив грудь, увешанную орденами, ответил Геринг, – в районе Брянска большевики скрытно сосредоточили крупное авиационное соединение, укомплектованное большим количеством новейших истребителей с мощным пушечным вооружением. Наши асы отважно дрались, но не смогли преломить ситуацию в свою пользу. В критические моменты в воздухе появлялись самолеты-убийцы и переламывали ход сражения в пользу русских.
