— Нужно что-то придумать, — начал он, — Дай пожалуйста, — он взял дневник из рук Аликс и открыл его на той странице где была закладка.
— О, Аликс, — сожалеющим тоном начал он.
— Месть, — отчеканила словом она.
— Сильнее амбициозного мужчины только мстительная женщина, — хмыкнул Рэй.
— Думаю нужно как можно быстрее направить армию на Корагон, чтобы прибыли туда быстрее Джона, — сказала она, — Стэйси с Элайджей и Кэролайн с Костом предупредим на месте.
— Сейчас самое главное найти Аурэлия.
— Думаю сейчас самое время не найти Аурэлия, а возглавить армию, — сказала Аликс, — Выдвигаемся прямо сейчас.
— Ты ведь понимаешь, что, во-первых, я не умею, во-вторых, вряд ли они готовы, — сказал он.
— Ты — разберёшься по делу, а я сейчас попрошу Тома поднять меня в небо, и там создам самое яркое солнце что только смогу, — сказала Аликс.
Девушка нашла человека-дракона на кухне. Он во всю объедался сладостями, пока Мор снисходительно смотрел на брата. Она пересказала Тому план, дожевав он ринулся вместе в ней на улицу.
Люди выбегали из своих домов смотреть на явление. Если Джек Билл мог создать вспышку способную всех ослепить на несколько дней, то Аликс создала солнце которое стало основным светилом в этой непроглядной ночной тьме. Казалось девушка использовала все свои силы на это.
Рэй же поднялся чуть ниже, уже на Море. В его руках был сложенный в открытую трубку клочок пергамента. Он занёс его в ту мастерскую, где улучшили их сёдла, и благодаря этому он мог говорить громко. Так, чтобы весь Касман услышал его.
— Жители Касмана, — начал он, — Мы выдвигаемся через два часа. Мужчины старше восемнадцати лет, воины, кентавры, эльфы, гномы, и другие. Приказом Короля Бавернелии вам нужно собраться у главных ворот города и под моим командованием мы пойдём в окрестности Корагона.
Вскоре Аликс потушила солнце, и они вместе с Томом спустились во дворик замка. Вместе с ними и Рэй с Мором. Том и Мор ранее не бывали в дворике, они с интересом рассматривали клумбы.
— Приказом Короля Бавернелии? — удивилась Аликс.
— Так бы меня никто не слушал, — сказал он, — А Аурэлия или Джона тут нет, мои слова никто не опровергнет.
— Мило, — хмыкнула Билл, — Хорошо ты придумал, с листком бумаги.
— Спасибо… — он хотел сказать что-то ещё, но их прервал Том, который в ипостаси дракона начал жечь все цветы что видел.
Удивительно, конец октября, а цветы ещё растут, не так ли? Внутренний дворик Корагона тоже был зачарован. В нём всегда лето. Это удобно для балов, когда люди в платьях и костюмах, без ничего накинутого могут выйти туда. Да и прекрасный вид тоже.
— Мор! — в панике Рэй подскочил к человеку-дракону, — Что он делает?!
— Эти растения — зло, — сказал он, — Держу пари вы не изучали язык цветов?
— Язык цветов? Я думал это забава наивных дам, — удивился Рэй.
— Не в этом мире, — сказал Мор, — Цветы, растущие у замков, отображают характер человека, живущего в нём. Цветы используют в химии, при помощи них создают сыворотку правды, или зелье регенерации.
— А что значили эти цветы? — спросила Аликс.
— Ну Лядвенец значит месть, пурпурная гвоздика — непредсказуемая непостоянность, полосатая — непринятие, — сказал Мор.
— Георгины — чувство собственного достоинства, розовая штокроза — амбиции, гортензия — холодность, бессердечность, — продолжил Том, который вернулся из драконьей ипостаси.
— Лобелия — злоба, дурман — обман, а черная роза — смерть, — завершил порядок Мор.
— А что ты сделал, когда сжег их? — спросила Аликс.
— Ровным счётом ничего, — сказал Том, — Но эта дрянь мозолила мне глаза.
— Окей, а сейчас я думаю нам нужно собираться, — сказал Рэй.
— Не могу не согласиться, — сказала Аликс, — Через час и 40 минут мы должны быть там, а потом и в Корагоне.
В Корагоне же дела шли не очень. Ропки и Нальки Аурэлия в лучшем обмундировании сдерживали бушующую толпу с факелами и виллами у подножья Черного замка. Сам же Лий корпел в своей лаборатории собрав серебристые волосы в пучок. Он читал книгу в кожаном переплёте, у каждой своей методики отвлекаться от происходящего.
— И жили они долго и счастливо, — он прочитал вслух последнюю фразу ироничной интонацией, — Как же меня достали эти клише. Постоянно одна и та же фраза.
— Я бы на вашем месте, мой Король, придавала бы этой фразе большего значения, — сказала зашедшая девушка. Она была ропком удивительно похоим на Литу.
— О, Лита, — проговорил он, — Как там обстановка?
— Так же, как и два часа назад, — сказала она, — Бушующая толпа с виллами и факелами кричат как вас ненавидят.
— Думаю это ненадолго, — сказал он, — Они не виноваты. Они бояться за свою жизнь, что их родной город станет пепелищем.
— И что нам делать? — спросила она.
— Сообщите им чтобы они отправились в свои дома, для их же безопасности, — сказал он, — Без физического насилия.
— А они взяли и послушали вас, — саркастично сказала ропк.
— Переоденьте одного ропка в обычную одежду и показательно убейте, — сказал он, — Он станет песком и возродиться после, а народ в страхе убежит.
