Она до сих пор не могла взять в толк, для чего Саша затеял эту сомнительную комбинацию с коста-риканским паспортом. Ей он сказал, что так было нужно для простоты оформления документов на дом и сокращения налогов, но его объяснения звучали не слишком убедительно. Что-то здесь было неладно. Какое-то время она еще думала над этим, но тут самолет стал заходить на посадку, Оля стала будить сына и выкинула навязчивые мысли из головы.
Ей все равно было не понять логику действий Белова, потому что Оля считала, что муж отправил их с Ваней на отдых. На самом же деле он их прятал!
Из Шереметьева Фил отвез Белова в тихий переулок неподалеку от Никитских ворот.
– Как думаешь, долго еще? – взглянув на часы, спросил Фил.
Саша невозмутимо пожал плечами:
– Не знаю. Час. Или два. Или три.
Фил откинулся на сиденье и протяжно зевнул.
– Н-да. А кого ждем-то, Анюту? – Фил хорошо понимал, что задает дурацкий вопрос. Просто он решил, что сейчас самое время выяснить – насколько крепко Саша запал на эту смазливую и расчетливую стервочку.
Саша, поглядывая вдоль переулка, отрицательно помотал головой.
– А ты как с ней вообще, серьезно? – с деланным безразличием спросил Фил.
– Кончай, ты что! – удивленно повернулся к нему Белов. – Это ж я так, для разнообразия. Я Ольку мою люблю. Уже… сколько? Уже шесть лет, прикинь, а?
– А я Томку – пять… – Фил бесхитростно улыбнулся. – А я вообще-то сперва подумал, что ты Ольгу просто сплавил по-хитрому.
– Да нет, это я для страховки, – объяснил Саша. – Пусть поживет там, пока все устаканится. Макс встретит, проследит…
На противоположной стороне переулка остановилась черная «Ауди». Из машины вышел Введенский, он открыл заднюю дверцу и достал большую коробку с красивой и нарядной куклой.
Заметивший его Белов мгновенно подобрался, как хищник перед прыжком.
– Это он? – тихо спросил Фил.
Саша сосредоточенно кивнул и выдохнул:
– Ну, я пошел…
– Ни пуха, – Фил понятия не имел, что за мужик вылез из черной «Ауди», но очевидное волнение друга передалось и ему.
– К черту, – буркнул Саша и открыл дверь машины.
Он шагнул на тротуар и окликнул Введенского, уже набиравшего код на двери подъезда.
– Игорь Леонидович!
Тот обернулся и с удивлением взглянул на добродушно улыбавшегося Белова.
– Это вы? – он быстро осмотрелся по сторонам и сухо спросил: – Как адрес мой вычислили?
– Обычные оперативные мероприятия, – развел руками Белов.
– Странно все-таки, что вы еще дышите, – скривил губы в усмешке Игорь Леонидович.
– И даже здоров как бык, тьфу-тьфу-тьфу… – Саша старательно поплевал через левое плечо. – Дочке? – он кивнул на куклу в руках фээсбэшника и вполне дружелюбно сообщил: – А у меня сын…
– Что вы хотите? – холодно спросил Введенский, вести светскую беседу с Беловым он явно не собирался.
Саша понял – разговора по душам не получится. Отбросив дипломатические хитрости, он ответил прямо и честно:
– Я хочу нормализовать наши взаимоотношения, Игорь Леонидович. Я считаю, что выступил стопроцентно на вашей стороне, на стороне государства.
– Хотите откровенно? – после короткой паузы ответил Введенский. – Сейчас никто не знает, где эта сторона… Я лично вам не враг, но гарантий сегодня не дает никто и никому. Вы меня понимаете?
– Понимаю, – кивнул Белов.
– Ну вот и будьте здоровы, Александр Николаевич. Если удастся, конечно…
В его голосе совсем не было угрозы – это Белов определил безошибочно. Вот почему он без раздумий пожал протянутую на прощанье руку Введенского. Фээсбэшник перехватил поудобней коробку с куклой и шагнул к подъезду.
– Государство – это мы, Игорь Леонидович, – негромко сказал ему вслед Саша, – Мы с вами, вот в чем дело…
Введенский, не оборачиваясь, поднял руку.
– Счастливо!
Помедлив, Саша вернулся к машине. Взбудораженный Фил распахнул навстречу ему дверцу.
– Сань, Сань, только что по радио передали – Влада Листьева грохнули…
Белов тяжело опустился в мягкое кресло «Мерседеса» и, растерянно покачивая головой, пробормотал:
– Мама дорогая, весело в России живется… Ох, весело…
Квадратные железобетонные колонны подпирали низкий серый потолок. Откуда-то сверху водопадом сыпались искры электросварки. По шаткой, кое-как сваренной из обрезков арматуры лестнице в пустующий цех недостроенного завода спустился средневековый рыцарь в сверкающих доспехах и длинном серебристом плаще.
Он был насторожен и мрачен. Его закованная в сталь рука лежала на рукоятке меча. Осмотревшись по сторонам, он двинулся вперед. Вдруг из-за колонны выскочил другой рыцарь – в алом плаще и тяжелом шлеме, целиком закрывающем голову.
С утробным рыком он обрушил на непокрытую голову Серебряного рыцаря тяжелый двуручный меч. Но его удар цели не достиг. В последний момент соперник умело ушел от смертельной угрозы – он мгновенно отскочил в сторону, выдернув из ножен свой кривой сарацинский меч.
