— Хороший... Подрос, — сказал Глеб, глядя на Кайманова.
— Я ему уже и прививку сделал, — доложил Кайманов, протягивая огромную пухлую ладонь. Глеб пожал руку.
— Ну как он, растет? Вижу, все у вас хорошо.
— Да, ничего. Только спит не очень хорошо, — сказал Кайманов. — Наверное, еще не привык к новому месту, наверное, старые запахи будоражат, не дают сосредоточиться. Ну да ничего, еще пару раз жена квартиру вымоет, и тогда он привыкнет. Почувствует, что квартира — это его дом. Ко мне он очень привязан, а вот с женой у него что-то отношения не складываются, даже иногда на нее рычит, — не без самодовольства похвалился Кайманов.
— Слушай, Игорь, я к тебе по делу.
— Что, машина барахлит? — вспомнил последний разговор с Глебом Игорь Кайманов.
— Нет, слава богу, бегает.
— Тогда какие проблемы? Глеб вытащил из кармана пачку сигарет, протянул Кайманову.
— Нет, нет, я почти не курю, ему не нравится запах табака. Иногда, правда, на работе достанут, так сигарету выкурю. А вот спиртного вообще в рот не беру. Совсем ему это дело не нравится, не по душе. А почему, кто бы объяснил?
— Не нравится, да и все, — сказал Глеб.
— Вот и я думаю, почему это ротвейлеры так пьяных не любят. Глеб спрятал сигареты, вытащил из внутреннего кармана куртки фотографии:
— Взгляни, Игорь.
Тот взял в руки снимки и принялся рассматривать. На фотографиях был Коптев-младший.
— Узнаешь? — спросил Глеб.
— Похож, — сказал Кайманов, отдал снимки Глебу, наклонился и взял щенка на руки. — Похож, но я, знаешь ли, не очень уверен. Вдаль вижу хорошо, единица у меня. А вот вблизи — не очень.
— Ты сомневаешься? Кайманов пожал плечами:
— Не то чтобы сомневаюсь, но и не уверен на все сто, что это именно тот мужик.
— Посмотри еще раз.
Кайманов на этот раз просмотрел снимки не так быстро. Щенок все время вырывался из рук.
— Отпустил бы ты его, — сказал Глеб.
— Нет, не отпущу. Пускай привыкнет ко мне. Нельзя его пока отпускать, маленький шибко, — Кайманов говорил о щенке так, словно это был ребенок, долгожданный и любимый.
— Значит, ты не уверен на сто процентов?
— Нет, — покачал головой мужчина, — не стану обманывать, не хочу грех на душу брать.
— И на этом спасибо тебе, Игорь.
— Но могу сказать, что похож. Вот если бы он в куртке и кепке был, тогда бы я его признал.
— Если бы, — сказал Глеб. — Ну ладно, Игорь Леонидович, спасибо тебе.
Кайманов протянул руку, крепко пожал ладонь Глеба, даже на прощание помахал ему, прижимая щенка к груди.
Глеб уехал. А Кайманов опустил щенка на землю и продолжил утреннюю прогулку. К тому месту, где убийца зарезал его пса, он не ходил. Слишком свежи еще были воспоминания. То, что тот убил людей, Кайманову было почти безразлично, а вот пса было жаль. Глеб встретился с Потапчуком днем. Они не пили кофе, хотя Глеб предложил.
— Какого черта ты вертелся у гостиницы «Метрополь»?
— Давайте пока не будем об этом. Ваши люди сработали топорно. У меня есть хвосты, но на этот раз я хочу все довести до конца сам. Поговорим лучше об убийцах.
— Ты дискету уничтожил?
— Да, — сказал Сиверов. — Все стер.
— Ну и правильно. Глеб показал фотографии Геннадия Алексеевича Коптева.
— Вот этот капитан, скорее всего и стрелял.
— Ты уверен?
— Да, — сказал Сиверов.
— А где он сейчас?
— Пока здесь.
— Тогда его надо брать.
— Надо, Федор Филиппович, но их всех надо брать одновременно.
— Кого — всех?
— Братьев Коптевых, Гусовского и партнеров. Потому что, мне кажется, они все в этом деле завязаны.
— Но Гусовского как брать? А тут еще на голову свалился сумасшедший Князев с царским бриллиантом. И операция сорвалась. Глеб загадочно улыбнулся:
— Будьте на телефоне, и тогда у вас будут веские основания задержать его и привлечь к ответственности.
— Что ты придумал на этот раз? Опять кашу заварить собираешься? А мне, старому человеку, ее расхлебывать придется?
— Работа у вас такая, Федор Филиппович. Вы ведь на пенсию не собираетесь?
— Я думаю, из-за тебя, Глеб, мне придется уйти из конторы.
— Не переживайте, не придется.
— Ты в этом уверен?
— Уверен, Федор Филиппович.
— Ну тогда смотри.
Глеб не стал объяснять Потапчуку свой хитроумный план. Он боялся, что Потапчук помешает ему привести план в исполнение, а Глебу очень хотелось довести начатую игру до логического завершения и получить результат.
Фагот и Роза сидели в квартире, снятой Тихоном. На этот раз они и не помышляли о сексе, были куда более важные дела. Никита только что рассказал девушке свой план, хотя та сначала даже не хотела его слушать.
— Я верю почему-то, что у тебя получится. А теперь посиди тихо, — она сняла трубку и набрала номер. — Ефим Аркадьевич? — пропела она в трубку.
Роза не знала, где сейчас находится олигарх. Тот мог находиться в данный момент и на Елисейских полях, и в Лондоне, и в Москве. Но гул самолетных турбин в наушнике выдал его.
— Да. Ты хочешь чего-нибудь особенного, Роза?
— Хотела бы уточнить насчет сегодняшнего вечера.
— Если бы предвиделись изменения, я бы тебя отыскал сам.
— Я хочу тебе сделать небольшой сюрприз, — сказала она.
— Говори.
— Я приеду не одна.
— Мне не нужен никто, кроме тебя.