В следующее мгновение он отлетел к стене, а Видок что было сил рванулся к окну. Но его схватили прежде, чем он успел выброситься наружу.
– Держите его крепче, – приказал Огюстен спокойным голосом. – Довольно эта сволочь ходила по земле, пера его прикончить!
Он сделал шаг по направлению к Видоку, который, несмотря на то что его держало не меньше десятка цепких рук, все еще пытался сопротивляться, но тут где-то поблизости раздалась заливистая трель полицейского свистка. Эльстон, утиравший кровь, которая лилась из рассеченной губы, недоверчиво повернул голову.
– Облава! – ахнул кто-то. Вслед за тем стало слышно, как ломают внизу входные двери.
– Бежим! – выкрикнул один из тех, кто держал Видока, и разжал руки. – За мной, ребята!
Бандиты бросились к лестнице, но Огюстен, однако, не торопился последовать за ними. Видок, шатаясь, стоял посреди комнаты. Ему крепко досталось после того, как он попытался выпрыгнуть в окно, и он тряс большой растрепанной головой, чтобы прийти в себя. Огюстен недобро усмехнулся и покрепче сжал в ладони нож.
– Берегитесь! – крикнул Алексей и, бросившись к Видоку, смел его с ног. Нож просвистел в воздухе и вонзился в плечо молодому человеку.
– А, черт! – вырвалось у Огюстена. Эльстон схватил его за руку.
– Ты сошел с ума, Огюстен! Бежим! Через минуту тут будет полно фараонов!
– Ладно, – бросил Огюстен и двинулся за ним следом, но не удержался и напоследок все-таки бросил Видоку: – Мы еще увидимся, папаша!
– На твоих похоронах, – отозвался Видок, поднимаясь с пола.
Каверин, стиснув зубы, вырвал нож из раны. Кровь хлынула струей, молодой человек не удержался на ногах и едва не упал, но Видок подхватил его.
– Тихо, тихо. Сядьте-ка сюда. Вот так. Очень больно?
– Нет, пустяки, – отозвался Алексей. На самом деле у него начала кружиться голова, что было не самым лучшим признаком, но он предпочел промолчать об этом. – Хорошо, что вы предупредили полицейских, иначе бы нам пришлось плохо.
Видок, который отрывал кусок ткани от своего плаща, удивленно выпрямился.
– Предупредил? Я?
Снизу доносился топот ног и голос полицейского офицера, отдающего приказания. Очевидно, дверь уже сломали.
– Ну да, – промолвил Алексей в недоумении.
Видок покачал головой и ловко перетянул ему рану.
– Я им ни о чем не говорил, – ответил он, – и вас прошу о том же. О наших поисках – молчок. Хорошо?
И вслед за этими словами он нагнулся и резво подобрал с пола покрытый пылью зеленый камушек, который все уже были готовы принять за вожделенную «Принцессу грез». Едва тот исчез в кармане плаща Видока, как в комнату ворвались полицейские.
Все объяснилось достаточно скоро. Мсье Бошан, командовавший отрядом, оказался одним из старых знакомых Видока, и, едва он понял, кто перед ним, он дал самый обстоятельный отчет. Несколько минут назад в полицейский участок явилась молодая женщина и заявила, что только что стала свидетельницей убийства. Оказалось, что она видела, как из этого дома вышли двое, таща за собой третьего, и как несчастного бросили в реку, привязав к нему большой камень. Женщина слышала, как человек стонал, и была уверена, что он еще жив, когда над ним сомкнулись воды Сены. Она потребовала от полицейских немедленно принять меры, и, так как оказалось, что она служит у весьма значительного лица, мсье Бошан собрал своих людей и отправился прямиком туда, куда было указано. По правде говоря, он не рассчитывал, что в доме еще кто-то остался, но тем не менее…
– Вы были молодцом, – заявил Видок, похлопав его но плечу. – Я прослежу, чтобы ваше служебное рвение не осталось без награды. – Он понизил голос и спросил: – Кстати, ту женщину, которая заявила в полицию, зовут случайно не мадемуазель Полина?
Брови мсье Бошана поползли вверх.
– Да, но… Откуда вам это известно, мсье Видок?
– Да так, – туманно ответил бывший начальник полиции. – Я просто предположил.
Он услышал, что двое членов шайки Огюстена были убиты при попытке к бегству, но что остальные, в том числе и главарь, сумели уйти через какой-то потайной ход. Если бы товарищи Огюстена начали болтать в полиции о зеленом камне, оказавшемся на поверку обычным гранатом, бог знает, что бы могло выйти из этой истории.
– Мой помощник ранен, – сказал Видок, указывая на Алексея, которой сидел, привалившись затылком к стене и закрыв глаза. – Эта мадемуазель Полина, она ведь еще не уехала?
– Да, она ждет на улице в карете.
– Вот и прекрасно. Она отвезет его домой и окажет ему необходимую помощь.
Видок дотронулся до плеча Алексея и, когда раненый приоткрыл глаза, объяснил ему вкратце, что произошло.
– Мадемуазель Полина вас ждет, – закончил он.
– Ох, – вздохнул Алексей, – ну и влетит мне от нее! Она была очень сердита, что мы не посвятили ее в наше расследование.
– Может быть, влетит, а может быть, и нет, – рассеянно ответил Видок. – Думаю, в ваших силах вполне ее разжалобить и, гм, заставить умерить свой гнев.
