Я похлопала Катю по плечу и встала. Я понятия не имею, как ее поддержать и чем ей помочь. Да и помогать всем подряд – себя не хватит.
Я тихо вышла из квартиры и закрыла за собой дверь. Тут же я спустилась во двор и села в беседку. Как хорошо, что элитные дворы облагородили.
Нужно перезвонить Кирьянову. Раз дело такое срочное.
– Алло? Киря, что-то случилось? – Я заволновалась.
Прошел почти час с его сообщения, но ускорить допрос – значило сделать работу плохо. А сейчас я узнала все, что смогла. Катя ни в чем не виновата. И в этом я точно уверена.
– Таня, дело срочное! Пришли результаты. Его убили, он истек кровью. Его зарезали. Понимаешь?
– Ты пьяный, что ли? Я это и без тебя знаю. Мы вместе с тобой это утром видели. Ты думаешь, я не заметила это?
– Нет, ты не поняла. Послушай меня еще раз. Он. Истек. Кровью, – мужчина повторил это по словам, ожидая, когда до меня дойдет. – Где-то должна быть огромная лужа крови. Артерии перерезаны очень халтурно. Человек ничего не понимает в убийствах. Обычный самодеятель, который не знает, как устроен человеческий организм. А значит, делал это в спешке. И лужу крови убирать времени не было. Причем порез ровный, то есть сделан одним ударом.
– То есть подожди, ты что, хочешь сказать, что его убили не в офисе?
– Таня, я тебе не просто это хочу сказать. Это удалось доказать! У него растяжки под мышками.
– Ну, в его комплекции это нормально. Разве нет? Он достаточно крупный мужчина.
– Нет, ты меня вообще не слушаешь, что ли? Его поднимали и тащили. Пока мы не можем установить точно, был ли он жив на момент, когда его переносили. Но растяжки свежее, чем рана, это точно. И они точно от механического воздействия.
– Подожди-подожди. То есть его зачем-то пырнули, а потом тащили в кабинет? Господи, кому это может прийти в голову? Кому это надо? Зачем?! И главный вопрос, кто мог его тащить? Он же тяжеленный. Его жена и домработница даже вдвоем его бы не подняли. Хотя есть у меня один вариантец.
– Да, именно. Наконец-то ты начала думать. Еще главное то, что его тащили не волоком. Понимаешь, о чем я? Его закинули на плечо и несли. Кто-то был достаточно сильным, чтобы нести. Не волоком. Пятки целы. Ботинки тоже.
– Ух ты, а вот это уже что-то новое. Спасибо, ты облегчил мне работу. Теперь я знаю, в каком направлении копать.
– Обращайся. Все, я пошел работать. Пока.
Он сбросил звонок, а я осталась сидеть на улице одна. Свежий ветерок помогал разогнать лишние мысли.
Я открыла сообщение Игоря с адресом водителя. Вот он. Высокий грузный мужчина точно смог бы тащить Кострова. Причем без особых трудностей. Вот к нему мне и нужно.
Я ехала, находясь в эйфории. Наконец-то, дело почти раскрыто. Я успела за день, мне выплатят кругленькую сумму, и я успею насладиться отпуском. Уеду и не буду отвечать ни на чьи звонки. Денег мне хватит, чтобы не работать как минимум год. Смогу даже позволить себе квартиру в этих элитных новостройках.
Весь мир сегодня был у моих ног. Пробки уже закончились, жара сменилась приятной прохладой. А по радио играли только мои любимые песни. Я подпевала каждой и даже не заметила, как подъехала к дому водителя.
После дорогих элитных мест с жителями, у которых на лице написано, сколько денег они сегодня потратили, окраина города показалась слишком печальной. Старые серые облупившиеся панельки, палисадники с вырванными из земли тюльпанами. Куча драных и явно больных котов, которых подкармливают сердобольные бабушки. Забитые парковки разномастными дешевыми, побитыми жизнью автомобилями. И в этой тоске и унынии старые железные двери подъездов, которые местами уже погрызла ржавчина.
Я позвонила в нужную квартиру и дверь домофона сразу же открылась. Удивительно. Редко кто так беспечно впускает в подъезд, даже не спросив, кто там. Но, осмотрев подъезд изнутри, я сделала вывод, что здесь даже входные двери можно не запирать. Бессмысленно абсолютно. Выглядит все очень мрачно, настолько, что ни один уважающий себя домушник не полезет.
Я поднялась на третий этаж, зажимая нос рукой. Запах рвоты и кошачьей мочи вызывали рвотные позывы.
Я постучала в нужную дверь, и мне сразу же открыли. Высокий широкий мужчина стоял и удивленно смотрел на меня. Он кого-то ждал. Судя по запаху перегара – или собутыльника, или посыльного.
– Вы к кому? – грубый низкий голос, почти что бас.
Я вздрогнула. На его фоне я выглядела совсем крошечной. Одна его рука была шириной с мою талию.
– Олег Бутусов? – я пыталась придать голосу храбрости. Но он еле заметно дрогнул.
– Да, я. А вы, дамочка, кто? – Он пошатнулся.
– Я частный детектив Татьяна Иванова. По делу об убийстве Александра Кострова. Вашего начальника.
– Я ничего не знаю. Уходите! – Он попытался закрыть дверь, но я действовала быстрее. Глупо и опрометчиво с моей стороны было зайти внутрь квартиры к такому бугаю. Но выхода не было.
– Знаете, вас видели все, кто только мог видеть. Вы сдали в ломбард брильянт Марины Костровой. Она во всем созналась. Вы убили начальника и получили за это неплохую оплату. Но вам не отвертеться.
