Когда через час Джесс вернулся, с мутным взором, но сменив пиво на бутылку воды, Ли начала осознавать свое положение. Каким образом она, Ли Эйзнер, младший и до сих пор не имевший дела с авторами бестселлеров редактор, должна сказать одному из самых успешных в литературном и коммерческом отношениях писателю своего поколения, что в настоящем виде его последнее творение никогда не пробьется в список бестселлеров? Ответ прост: она не скажет.
Джесс зажег сигарету и подвинул пачку к Ли.
Расслабьтесь же немного. Вы целый день не сводите с них глаз.
– Да?
Он кивнул.
И Ли последовала его совету. Ни секунды не колеблясь и лишь мимоходом подумав, как разочаруется Рассел, если узнает, она вынула из пачки сигарету и жадно нагнулась к протянутой Джессом спичке. Первая затяжка обожгла легкие и оказалась резкой на вкус, но вторая и третья пошли лучше.
Целый год псу под хвост, — сокрушенно сказала она и снова затянулась.
Джесс пожал плечами:
Вы не показались мне человеком, злоупотребляющим выпивкой, наркотиками, едой или... да хоть чем-то. Если выкуренная время от времени сигарета доставит вам удовольствие, почему его не получить?
Если бы я могла курить время от времени, то так бы и делала. Беда в том, что, выкурив одну, десять минут спустя я начну уничтожать пачку.
А, значит, все же и у мисс Все Продумано есть какая-то слабость, — улыбнулся Джесс.
Отлично, я рада, что моя борьба с вредными привычками вас забавляет.
Считаю это не столько забавным, сколько подкупающим. — Он помолчал, видимо размышляя. — Да, полагаю, это и забавно.
Спасибо.
Указав на рукопись, Джесс осведомился:
Есть уже какие-то соображения или в стандартную процедуру не входит обсуждение с автором до окончания чтения?
Он глотнул воды из бутылки.
Обрадовавшись, что Джесс дал ей путь к отступлению, Ли туманно ответила:
Я прочла только семьдесят страниц и хотела бы дочитать до конца.
И кашлянула.
Джесс посмотрел на нее напряженным взглядом, от которого ей стало не по себе. Казалось, он ищет на ее лице ответы, и после почти минутного молчания Ли почувствовала, что краснеет. Тем не менее Джесс промолчал.
– Тогда мне, наверное, нужно... э... зарегистрироваться в гостинице, — сказала Ли, бросая сигарету в импровизированную пепельницу, которую Джесс сделал из бутылки «Поланд спринг».
– Да.
– Мне вернуться потом сюда, или вы предпочтете встретиться в другом месте? В холле отеля? В кафе? Как насчет четырех или четырех тридцати?
Напряжение было ощутимым и нервировало, но Ли приказала себе замолчать.
Приезжайте сюда, но только прочитав рукопись.
Ли засмеялась, но тут же поняла, что Джесс не шутит.
Мне понадобятся еще пять или шесть часов как минимум, чтобы прочесть ее до конца. Мы могли бы договориться хотя бы о сроках. — Поняв, что это звучит как просьба, Ли придала своему голосу авторитетности: — Генри четко дал понять, что крайний срок неизменен.
Ли, Ли, Ли, — разочарованно произнес Джесс. — Любой крайний срок можно изменить. Пожалуйста, прочтите рукопись. Приезжайте, когда бы ни закончили. Как вы догадываетесь, я поздно ложусь спать.
Ли пожала плечами в вялой попытке выразить пренебрежение и взяла свои вещи.
Если собираетесь не спать всю ночь, меня это устраивает.
Он закурил очередную сигарету и откинулся на стуле.
Не сердитесь, Ли. Нам понадобится некоторое время, чтобы сработаться. Наберитесь терпения.
Она фыркнула и, не подумав, сказала:
– «Сработаться»? «Наберитесь терпения»? Вы что, научились этому в одном из своих ашрамов, в постреабилитационных клиниках? Постойте, вы все еще проходите курс реабилитации?
Долю секунды Джесс выглядел так, будто ему дали пощечину, но быстро оправился и усмехнулся.
Рад слышать, что вы по крайней мере почитали обо мне, — проговорил он, выдыхая дым.
Простите, я не хотела...
Пожалуйста, Ли, бегите. — Он махнул сигаретой в сторону двери. — Я много лет не общался с редакторами, поэтому простите, если поначалу несколько неуклюж, хорошо?
Ли кивнула.
Великолепно. С нетерпением жду вас позже. Предварительно звонить не нужно, просто приезжайте в любое время. Приятного чтения.
Ведя свой арендованный автомобиль по немощеной подъездной дорожке Джесса, Ли гадала, стала ли их первая встреча достойным началом или полной катастрофой. И вынуждена была признать, что второе гораздо вероятнее.
