«…Мне было тринадцать. В ту субботу я стояла у зеркала в женской уборной. В руках вертела бритву, как в младенчестве пустышку. Только тогда – в детстве – пустота была внутри игрушки, а теперь – снаружи. Как будто я застряла в огромном, пустом и холодном пространстве, и только острое лезвие могло разрезать мою клетку размером в весь мир. Вы ощущали что-либо подобное? Я думаю, это чувство знакомо каждому подростку. Хотя, может, я ошибаюсь, и вы не испытывали и не испытываете ничего подобного. Возможно, вы хотели найти в этом рассказе путь к освобождению. Я не обещаю, что вы найдёте его на этих страницах, но вы ведь готовы узнать мою историю?»
В понедельник в нашу школу пришла новая ученица – длинноногая красавица Аня. Её определили в восьмой «А». Несмотря на то, что она была старше меня лишь на год, выглядела она на все восемнадцать. В нашей маленькой школе новые ученики были редкостью, так что уже ко второй перемене слух о новенькой разошёлся по всем классам. В конце концов, очередь дошла и до меня.
– Слушай, Лан, – Нелька, моя одноклассница и единственная, кого можно было назвать подругой, обратилась ко мне полушёпотом, – в восьмом «А» появилась новенькая. Пойдём, посмотрим?
– А зачем?
– Как зачем?! Тебе что, неинтересно? – Нелька наклонилась ко мне вплотную. – Она же со-пер-ни-ца.
– А… кому это? – я всё ещё не понимала, о чём говорит Нелли. В моей голове был урок литературы, который шёл пятым – мне предстоял пересказ, а дома я не успела дочитать произведение.
– Да, не тупи, Лана! – Нелька сделала рассерженное лицо и схватила меня за руку. – Давай, идём!
Я с неохотой поплелась вслед за своей подругой. В коридоре было холодновато – в зимнее время отопление работало не очень хорошо. Несмотря на это, всё равно большинство учеников во время перемены гурьбой вываливались из классов. Я сжалась от холода, желая, чтобы мой розовый свитер с капюшоном накрыл меня как одеяло. На самом деле, я не любила его. Но, раз уж другого у меня не было, приходилось его носить.
– Представь, мы – шпионы, и наша задача – следить за Аней, – произнесла Нелли с неподдельным энтузиазмом, и остановилась у окна прямо напротив кабинета восьмого «А». Её неприглядный серый юбочный костюм, попав под бледный зимний свет, едва заметно засиял – словно серебро под пыльной поверхностью.
– И что мы потом должны с ней сделать? – я зевнула и посмотрела на подругу.
Нелька взглянула на меня поверх своих круглых очков так, словно я ляпнула самую глупую вещь на свете. Её кудрявая чёлка по обыкновению слегка вздрогнула.
– Важен сам процесс, а не результат. Всё, давай, делаем вид, будто мы просто болтаем.
– Хорошо.
С минуты две мы с Нелькой говорили о погоде – серое небо, идёт снег, но вот-вот должны начаться настоящие холода. И тут вдруг она толкнула меня локтем.
– Смотри, вот она.
– А как ты узнала? – шепнула я ей в ответ, глядя на профиль темноволосой высокой девочки – точнее сказать, девушки. Она стояла совсем не возле класса, а поодаль. Сначала мне показалось, что это старшеклассница, и моя подруга ошибается.
– Она разговаривает с Петькой Никитиным. Он из восьмого «А». И я её раньше не видела. Я тут всех знаю.
В этот момент раздался звонок, и Аня с Петей двинулись в нашу сторону.
– Не пялься, – предупредила Нелли.
– Угу.
Я старалась – честно старалась – не смотреть на новенькую. Ведь какое мне дело? Это Нелькина затея, не моя, и мне всё это вообще не нравится. Но у меня не получалось отвести глаз. Аня показалась мне совершенством. В её густых чёрных волосах, ниспадающих на плечи, восточном разрезе глаз, ангельской улыбке и мягкой походке угадывалась некая неуловимая стать и женственность. Словно она сошла с глянцевой обложки. До той поры я ещё никогда не встречала столь красивых девушек – или встречала, но не замечала.
Проходя перед нами, Аня мельком взглянула на меня. И этого хватило, чтобы моё сердце забилось быстро-быстро. В груди разлилось смутно знакомое чувство. Но оно никогда ещё не проявлялось столь сильно. Нелька вовремя вывела меня из оцепенения.
– Лана! Я к тебе обращаюсь!
– А? Что? – меня словно спустили с небес на землю.
– Пойдём в класс!
По пути из школы домой я спросила Нелли, почему она всё-таки затеяла ту слежку.
– Соперниц надо знать в лицо, – просто ответила она. – Ты так не думаешь?
– Наверное, – и тут я догадалась, о чём она. – Нелька, тебе нравится какой-нибудь мальчик?
– Может быть. Но это секрет.
– От подруг секретов не бывает!
– Узнаешь, когда придёт время. Не выпытывай. Ты ничего не узнаешь.
– Да, знаю. У тебя каменное лицо.
– Вот именно, каменное. По нему ты ничего не узнаешь.
– А вот и узнаю! – я решила подразнить подругу, и сунула руку под её шарф, чтобы пощекотать. Через несколько секунд Нелька вовсю смеялась.
– Вот, теперь твоё лицо не каменное! И я по нему смогу прочесть! Ну-ка, кто это? Алёша Григорьев? Или Стёпа Иванов из седьмого «В»? Дима Кудрин? А может, Петя из восьмого?
– Всё, прекрати! – Нелька с силой оттолкнула меня, и я упала на снег. – Ой, прости, давай, вставай.
Я встала, взявшись за протянутую руку, и мы пошли дальше. Нелли была ещё красная от смеха и пыталась о чём-то шутить. Но я поняла – что-то изменилось. Раньше Нелька никогда бы не отмахнулась от меня, не пощекотав в ответ.
Мы всегда держались за руки, и мне это очень нравилось. Но на этот раз мне почудилось в этом жесте что-то неправильное. Я отпустила её руку. Нелька взглянула на меня, но ничего не сказала, а просто сунула руки в карманы куртки.
