– Благодарю, – благожелательно улыбнулся я. – Но я много времени провёл при малом движении, в море был, и для меня в удовольствие пройтись таким замечательным утром. Поэтому спасибо, я лучше пешком.
– Хм, зайдём с другой стороны. Вы ведь Борис Градов?
– О, надо же, правильно назвали и с кулаками не кинулись бить за самозванство? Прогресс налицо.
– Смеётесь?
– Конечно.
– Вчерашний показ иллюзии, а я там был, произвёл на всех впечатление, на меня тоже. Я всю ночь не спал, рассылал людей, чтобы найти вас, да что я, многие так поступили, только никто не предполагал, что замарашка, который спит на сеновале постоялого двора, это вы. Разве позволит уважающий себя маг-рейдер спать на сеновале? Поэтому вас и пропустили, утром только опознали, когда вы его уже покинули. На дорогах посты были открыты, но и тут не успели, вы прошли боковой дорогой от постоялого двора и вышли на тракт дальше. Хорошо, маг из магистратуры сообщил, что общался с вами, и я сразу поспешил вас нагнать.
– Ну, догнали, и что? – Я выключил плеер, а то и пассажир и возница косились на наушники, откуда доносилась музыка.
– Я один из самых крупных торговцев Тауруса.
– А это где?
– Город, который вы сегодня покинули, – любезно пояснил тот. – Я предлагаю вам работать на меня, и я уже продумал…
– До свидания. – Я снова надел наушники и направился дальше, не обращая внимания, что возок катился рядом и торговец что-то говорил.
Меня подобные предложения и раньше не интересовали, так что нечего портить отличное утро и слушать разную словесную пургу, двинем дальше.
Тот, видимо, понял, что я его просто не слышу, и, соскочив с возка, остановил меня, положив руку на плечо, защита её пропустила. Опустив наушники на шею, я вопросительно посмотрел на торговца. Что на этот раз?
– Почему вы не хотите выслушать моё предложение? Никто не предложит вам лучших условий.
– Меня подобная чушь не интересует. И ещё, видя вашу настырность, предупреждаю: спалю к чёрту. Валите лучше подобру-поздорову и не портите мне настроение. Потому что, если мне его портят, я порчу его всем вокруг, и не все это переживают.
– Почему?
– Умирают потому что, – любезно пояснил я и, опять надев наушники, двинул дальше.
Однако торговец оказался на удивление настырным, и пришлось действительно пустить шарик плазмы. Фаербол напрочь сжёг возок, возница, успевший соскочить, сбивая пламя с пятой точки, понёсся нагонять лошадей. Их понесло, напугались огня, а торговец, не смутившись, продолжил преследовать меня на своих двоих. Только после выстрела ему под ноги, когда часть плазмы попала на него, и он стал кататься по земле, отстал. Достал уже.
Остановившись, я только ругнулся. Всё-таки испортил настроение, скотина. Искоса посмотрел назад. Торговец метрах в ста занимался реанимационными процедурами – я видел у него в кошеле лекарский амулет, отчего так спокойно и воспользовался фаерболами, вылечится. Я направился дальше, но и десяти минут не прошло, как меня догнали ещё три возка и две пролётки, просто с великолепными предложениями в плане сотрудничества. Тут я уж не выдержал, понял, если дальше по дороге пойду, день напрочь будет испорчен, и без трупов точно не обойтись, так что, отмахнувшись, направился прочь прямо через поле. Думаете, отстали? Шли за мной толпой метрах в пятидесяти, выкрикивая суперпредложения. И тут под ноги пришлось стрелять. Однако всё равно спокойствия не было, ещё парашютист приземлился рядом, гася купол парашюта. Из города прилетел, как я понял, посыльный, потому что, передав послание, получил от меня подпись о вручении – почему и нет, человек на работе – и улетел. Я осмотрел плотный конверт, запечатанный сургучной печатью: герб на оттиске вроде того города, что я утром покинул, в порту видел, письмо, видимо, от представителей власти города. Толпа в стороне заволновалась, когда мне конверт вручили, но сейчас я читать его не буду, убрал в сумку, в обед ознакомлюсь. И двинул дальше со свитой за спиной. А та не отставала. Кажется, даже увеличилась в размерах. Я вышел на полевую, укатанную телегами дорогу. Не знаю, куда она приведёт, но на тракт возвращаться я не хотел, там спокойно путешествовать не дадут.
