С тех пор художник ни в чем не знал нужды и от зари до зари, по приказу государя, чертил карты Бескрайнего Океана. Дабы карты эти были нетленны и в целости и сохранности дошли до потомков, художник чертил их на золотых листах. Отчаявшись, он рисовал десять, сто, тысячу островов и разбрасывал их по картам как попало. Но никто не обращал на это никакого внимания; с золотых листов снимали копии на бумажные и рассылали капитанам. Капитаны незамедлительно уходили в Бескрайний Океан и везде, где бы ни была указана земля, они находили ее. А порою земля оказывалась даже там, где было указано море.
Держава богатела, и слава Главного Картографа росла из года в год. Художник имел все, что хотел, все, кроме одного – ему не позволяли писать картины. Во-первых, не только картины, но даже и иконы никому уже не были нужны – море отнимало слишком много времени и сил. А во-вторых, не к лицу великому человеку заниматься пустяками. И поэтому когда художник, весьма уважаемый при дворе, просил дать ему хоть немного времени для занятий живописью, государь только лукаво улыбался и приказывал увеличить и без того огромный пенсион Главного Картографа.
И тогда, убедившись, что все просьбы его бесполезны, художник, как и прежде, от зари до зари чертил карты, а ночью, таясь, стал писать портреты своей жены. По памяти.
Но вскоре его стало угнетать одиночество, и тогда он взял себе с улицы бездомного мальчишку, чтоб тот помогал ему стирать пыль с золотых материков. Когда мальчик подрос, он стал учить его писать картины, но чертить карты – никогда.
Да и сам он, садясь к столу, на каждой карте не дорисовывал всегда один и тот же остров – Остров Жены Художника.
Это случилось давно, еще за четыре династии до славных лет Великого Нашествия. Среди зеленых долин Редколесья, на самой границе со страной Говорящих Болот, на очень красивом и в то же время неприступном холме возвышался трехбашенный замок. В том замке жили знаменитый, некогда непобедимый лэйн и его жена, в былые времена первая красавица в округе. Супруги не держали слуг, так как из дальних походов отважный лэйн не привез ничего, кроме славы, подагры и долгов. Обычно – за исключением Поминовения, Трех Страждущих и дня св. Микла – хозяин замка ел похлебку из бобов, приготовленную его супругой и госпожой, а в праздники к бобам подавалась кружка доброго шипучего с перцем. Дни обычно проходили в заботах о хлебе насущном – при замке имелся огород в три нареза пахотной земли, – а по вечерам супруги грелись у камина в зале для приемов, где с закопченных стен на них смотрели портреты мужественных предков. Госпожа, как водится, вязала, а бывший, но по-прежнему доблестный лэйн либо чистил доспехи, либо молча предавался боевым воспоминаниям. Так было заведено давно и так всегда бывало весной, летом и осенью. Ну а холодными зимними вечерами, когда ветер по-разбойничьи свистел в дымоходах и призраки, таясь и улыбаясь, выходили на винтовые лестницы замка…
Госпожа откладывала в сторону вязание, вздыхала и вопросительно смотрела на супруга. Тот в свою очередь тоже вздыхал, убирал с колен начищенные латы, вставал, садился ближе и обнимал жену за плечи. Они сидели рядом, смотрели на поблекший гобелен, подаренный им к свадьбе, и молчали. Однако молчание обычно длилось недолго. Лишь только начинала мигать догоравшая свеча, лишь только пробегали по гобелену первые неверные тени, как супруги – она, а за нею и он – начинали говорить, вспоминать, представлять былую молодость. И вновь, уже в который раз, под сводами залы для приемов звучала история любви отважного лэйна к прекрасной даме и о кознях маркграфини Уи, о кровопролитной битве с восьмиглавым драконом и об ужасном шторме, отколовшем и унесшем в море едва ли не треть королевства.
Воспоминания, как видите, были героические, увлекательные и благополучные. Супругам становилось хорошо и покойно. Им даже казалось, будто они снова молоды и красивы, и что впереди их ждет только счастье и ничего кроме счастья. Правда, хозяин замка, наверное в силу своего более практичного ума, нет-нет да и задумывался о настоящем, и тогда он замечал, что супруга его… Нет, супруга его хороша как и прежде, она величава, а серебро ее седых волос еще сильнее оттеняет ее большие черные глаза. Она любит его, и он счастлив, жизнь течет размеренно и праведно. Вот только хорошо ли это? Всё ли он успел, достаточно ли подвигов он совершил? Прохожий пилигрим рассказывал, что за Большой Рекой объявился какой-то дотоле невиданный зверь. Днем этот зверь отсыпается в скалах, а ночью бродит по полям, топчет посевы и, случается, входит в селенья. Люди при виде его падают замертво. Округа сильно опустела. А еще говорят… И еще… Но что с того?! Пройдет еще совсем немного лет, и вот тогда уже наверняка не будет никакого смысла чистить латы и готовиться к сражениям. Увы!
