Мысли Серого метались между мучительным вопросом зачем он влез с арбалетом в непонятную разборку и попыткой придумать правдоподобную историю своего появления на мосту. Рассказ про падение с палубы вызывал смех даже у тех, кто относился к нему с симпатией. Полиция такому не поверит ни за что. Но ведь теперь он не обязан придавать правдоподобия своему вояжу через Релаум. Можно просто придумать историю с чистого листа. Где нет упырей и чудесных спасений, а есть путешествие из канавской глухомани в славный Арзарум - лучший город королевства Пикасто, чтоб заработать денег простому парню без ремесла. Шел с обозами, а под конец пути пошёл сам, так как обозные просили денег за покровительство, а места начались спокойные. Ничего подозрительного не происходило. Ночевали в "Топоре", "У бога за пазухой" даже не заходили. Ничего не слышал, ничего не знаю. Всё просто вроде бы и не придерёшься. А как оно обернётся - попробуй угадай. И зачем я за тот арбалет схватился. Всё только налаживаться начало. Застрял я в этом мире надолго похоже. И вопрос выберусь ли из этого подземного мрака.
Риб снова заворочался и закряхтел.
- Что, думаешь как бы жил припеваючи, не сделай свою роковую глупость? А ведь тебе пути назад нет, даже если выкрутишься. - сухой смех прозвучал как кашель. - И мне пути назад никакого. А что б я только не отдал, чтоб вернуться в свой замок в престижном районе. Но провидение глухо к мольбам таких как мы.
Серый с острой тоской вспомнил дом. Мама всегда спрашивала "как школа?" пока не поступил в колледж. Потом стала спрашивать "как колледж?" Как будто боялась, что я рано или поздно с этой школой или колледжем что-то сделаю. Собака радовалась больше всех. Ну или больше всех это демонстрировала. Отец под самый вечер приходящий с работы. Они решат, что я утонул. Но не будут в это верить до конца. Но я никогда не смогу их успокоить. Сообщить, что жив. Уж точно не из этой проклятой тюрьмы! Надо что-то делать.
В коридоре раздались шаги, и к решётке подошёл охранник с ключами.
- Эй, пацан с Релаумской дороги, выходь. К дознавателю тебя кличут.
* * *
По лестницам и каменным коридорам вели не долго, минут десять. Но полумрак озаряемый редкими факелами и ещё более редким непонятно откуда прорывающимся слабым солнечным светом, а может просто лунным, скрадывал расстояние и время и подъём в каморку без окон казалось тянулся вечность. Стол, стул и лавка, тройка свечей на столе и пара в углах возле лавки. Обстановка не радовала глаз, но отсутствие каких либо инструментов для пыток или тех же кандалов немного успокоило бешено колотящееся сердце.
Первыми словами дознавателя были:
- С кем ты шёл по Релаумской дороге?
- Сам, - тут же ответил Серый.
- Давай не начинать с вранья? По Релауму сами не ходят.
- До "Топора" я шёл вслед одному обозу, но не с ними. Батя говорил, что они деньги зря только сдерут. А после "Топора" он велел не мешкать и шевелить ногами. Места уже мирные.
- Значит имён никаких знакомых или хотя бы попутчиков назвать не можешь? - Лицо дознавателя из равнодушного стало суровым. "Это он меня пугает? Или правда решил, что я и есть главный злодей? И самое поганое, что он ещё и прав" - заметались мысли в голове. Видимо на лице Серого этот всплеск не отразился или в полумраке был не так заметен. Потому что дознаватель равнодушно продолжил:
- Тогда начнём с начала. Я дознаватель Торва. Если вспомнишь чего или спросят кто первый допрос снимал - так и скажешь. Ко мне обращайся сейчас постоянно так же. А то забудешь через час. А забывать не советую. Как и врать. Особенно врать. Не выпустят тебя, пока твои слова не подтвердятся. И чем больше соврёшь тем печальней для тебя будет следующий допрос. Ясно?
- Да, дознаватель Торва.
- Смышлёный? Про враньё тоже сообразил, чем чревато?
- Мне незачем врать, дознаватель Торва, мне на волю надо деньги зарабатывать. Сезон не бесконечный, меня дома с наваром ждут.
- Ха, будто кто-то из вашего брата потом домой возвращается? Или сгинешь или приживёшься. Может чё домой с оказией и передашь, но твою физию родня уже вряд ли увидит.
Четверть часа Серый рассказывал свою историю, выдумывая почти на ходу. Важно было не только правдоподобно рассказать, но и запомнить. Словят на вранье сейчас и пыточная встретит жаркими объятьями уже сегодня, а не когда-то потом. Но то, что потом всё равно будет и пыточной не избежать было ясно. Сколько времени надо властям Пикасто, чтобы узнать отправлялся ли в дорогу и известен ли местному крестьянину Свиту из глухой канавской деревеньки Мелкие Хлебцы некий его отпрыск Орс. Все имена выдуманы, а точнее взяты у друга свита, уроженца Канавы, из его же рассказа про корешей. Хоть название деревни правда. Может не сразу за шкирку возьмут. Но дело пропащее. Вся правдоподобность рассказа про путешествие за обозом и до моста - чушь. Главного никто в Мелких Хлебцах не подтвердит. А те, кто мог за него вписаться все в той харчевне, которая сама по себе уже приговор.
