Розовый сосок вдруг оказался в его губах, холодный и твердый как камень… сосок, источавший горечь, которую он не мог глотнуть. Ужас овладел им, ужас и страстное желание; он застонал, содрогаясь, и…
– Хозяин! Хозяин, проснись! Твои проклятые вопли все погубят… нас изловят, не пройдет и часа. Проснись, хозяин, и заткнись, если дорожишь нашими шкурами!
Ричард Блейд перекатился на бок и уставился на Сильво. Не было ни лощины, залитой зеленоватым сиянием, ни дьявольского, но такого манящего лица жрицы. Рядом тянулась тропа через болото – узкая полоска грязи над ржавой водой, стиснутая стенами высокого тростника и увенчанная тусклым пасмурным небом. Болотные птицы серыми стрелами мелькали над головой, три лошади неподалеку щипали горьковатую болотную траву, недовольно пофыркивая.
Блейд протер заспанные глаза и пригладил ладонью волосы, в очередной раз поразившись, насколько грязные у него пальцы. Вначале дела их шли неплохо, отвлекающий маневр Сильво сработал, и он без помех вынес Талин из дома королевы. Однако все остальное было настолько беспорядочной и поспешной импровизацией, что Блейд едва не впал в отчаяние.
И все же им удалось выбраться из Сарум Вила – после того, как разведчик прикончил двух солдат, а Сильво оставил свой нож в животе третьего, – и каким-то образом, в темноте и тумане, найти в болоте тропинку, которая привела их сюда. Чудо, за которое Блейд не переставал благодарить судьбу.
Он потрогал подбородок – щетина уже начала курчавиться – и встал.
– Мне привиделся кошмар, – сказал он, ощущая смущение. – Я громко кричал?
Сильво, сидевший на корточках, скосил глаза и выпятил заячью губу.
– Достаточно громко, хозяин, чтобы поднять покойника. И если погоня близко, нам несдобровать. Луны нет, а то бы я подумал, что это она поразила тебя! – он задумчиво взглянул на небо. – Кто такая Друзилла, хозяин? Звучит знакомо, но вспомнить не могу.
Блейд шагнул в воду, чтобы справить малую нужду в стороне от дороги. Тростник скрывал его от спящей принцессы.
– Не знаю, – коротко бросил он – Видение, призрак – ничего больше. Что спрашивать с кошмарного сна? Да и незачем… Как там принцесса?
– Спит, будто младенец, – покачал головой Сильво, – но ни один здоровый ребенок не засыпает так глубоко. Думаю, хозяин, надо разбудить ее, иначе она никогда не откроет глаза по эту сторону владений матери Фригги.
Блейд подошел к куче тростника, покрытой малиновым плащом Хорсы, на котором лежала девушка. Длинные золотистокаштановые волосы спутались, лицо осунулось и побледнело, под запавшими глазами выделялись голубоватые полумесяцы. Лоб у нее был покрыт крупными каплями пота. Блейд опустился на колени и, послав проклятье Альвис, вытер испарину краем плаща.
Сильво, проверяя пальцем лезвие своего запасного ножа, задумчиво произнес.
Я мог бы сделать для нее питье, хозяин, – он бросил взгляд туда, где паслись лошади. – Тут полно всяких поганых трав… пожалуй, стоит попытаться. Ее вырвет и живот освободится от сонного зелья. Терять нечего; думаю, она уже умирает.
– Ты что, лекарь? – Блейд сверкнул глазами на слугу. – Откуда я знаю, не отравишь ли ты ее вконец?
Но Сильво уже занялся делом. Он сходил к лошадям и вернулся с небольшим бронзовым горшочком. Не глядя на Блейда, он буркнул:
– Когда я уверился, что ты победишь, то пошел в дом Хорсы и взял кое-какие вещи. Это не было воровством, Тунор видит, потому что все и так скоро стало бы твоим.
– Я знаю, – сухо кивнул Блейд. – Я провел в доме всего несколько минут, но понял, что его ограбили. Мы потолкуем об этом позже Ну, как там дела с питьем?
Сильво зачерпнул горшок воды и бросил в него пригоршню грязи. Затем накрошил пучок гнилой травы и отправил туда же, добавив щепоть коричневого порошка, который достал из красивого нового кошелька, висевшего на поясе. Затем слуга начал осматривать землю и шарить в камышах, держа нож наготове. Блейд с подозрением наблюдал за ним.
– Ага! – воскликнул Сильво, энергично ткнув ножом. Он вернулся к горшку; на лезвие была наколота дрыгавшая лапами жаба. Изрубив ее на части вместе с несколькими червями, он бросил эти ошметки в воду, как следует размешал и повернулся к Блейду, осклабившись во весь рот.
– Отличное питье, хозяин! Никто в Альбе не сможет сотворить большую мерзость, клянусь коленом Тунора! Оно даже лошадь заставит опорожниться!
– Мне очень хочется сначала испробовать его на тебе, – Блейд с подозрением покосился на горшок, потом пристально посмотрел на слугу. Действительно ли уродливая физиономия под запекшейся коркой грязи побледнела? Или ему только показалось?
– Нет, нет, хозяин! – пробормотал Сильво. – Не стоит тратить такой редкостный бальзам понапрасну Его не так много и, к тому же, я не умираю от сонной болезни… Давай, хозяин, подержи ее рот раскрытым, пока я волью питье.
Блейд снова вытер пот со лба девушки и положил ее голову к себе на колени. Сильво наклонил горшок. Талин поперхнулась, проглотила жидкость и закашлялась.
– Подожди, – скомандовал Блейд, – дай ей вздохнуть.
Сильво, нахмурившись, подчинился.
