Самоходка стояла посреди площади. Самоходчики из нее выбрались. Все четверо, стоя по очереди, пили вино из горлышка бутылки. Двигатель самоходки работал на холостых оборотах. Это была «StuGIII» с 75-миллиметровой пушкой – Сергей видел такие раньше на фронте.
— Танк немецкий! — сказал Карл – он тоже выглядывал из-за подоконника.
— Это не танк. Видишь, башни нет? Самоходное орудие это.
— Один черт.
Немцы дружно засмеялись, и Сергея взяла злость. Они, русские, здесь хозяева, это их земля. А они вынуждены ползать, как кроты, по подземным ходам. Немцы же пьют вино, смеются.
Он положил кожух автомата на подоконник, прицелился и дал длинную очередь. Самоходчики упали – на таком расстоянии ППШ шансов выжить не давал.
— Ты что, сдурел? — Карл покрутил пальцем у виска.
— Я не спасаться по ходу лез, а воевать, — огрызнулся Сергей. — И где увижу немца, там его и убью. Бежим к самоходке!
— Зачем?
Но Сергей уже перебрался через подоконник и побежал к самоходке.
Верхний и задний люки ее были открыты. Сергей ступил на буксировочный крюк и заглянул внутрь – там было пусто.
Подбежал Карл:
— Чего задумал-то?
— Взорвать бы самоходку или сжечь.
И тут в голову Сергею пришла шальная мысль:
— Ты ею управлять умеешь?
— Не пробовал. Я трактором могу, я же на заводе трактористом работал.
— Лезь внутрь, садись за рычаги.
— Боязно.
Карл неловко взобрался и уселся на место механика-водителя. Сергей тоже влез в бронированное чрево, пропахшее пороховыми газами и бензином, и захлопнул за собой оба люка. Стало темнее, но на потолке боевой рубки светились лампочки; также свет поступал через смотровые щели.
Затвор пушки был открыт, и виден закопченный ствол.
Сергей осмотрелся: в боеукладке было шесть снарядов. Знать бы еще – какие? А впрочем, без разницы. Он решил, что если Карл совладает с машиной, выехать на ней к дальним цехам, где еще слышна стрельба. Поскольку немцы примут их за своих, выпустить по ним оставшиеся снаряды, поджечь самоходку и убегать. Насчет «убегать» сомнения были, но тут уже как получится.
Он нашел маховики горизонтальной и вертикальной наводки, покрутил. Потом достал снаряд из боеукладки, загнал его в ствол, и затвор защелкнулся сам. Так, где тут у них спуск? Похоже, вот эта кнопка.
— Давай вперед! — крикнул Сергей.
Шлемофоны остались на немцах, и теперь связь с Карлом осуществлялась только криком – в самоходке шумно.
Карл включил передачу, отпустил фрикционы. Самоходка резко дернулась, и Сергей крепко приложился головой о броню. Пожалел, что поторопился, да и побрезговал позаимствовать шлемофон с убитого им самоходчика.
Карл хорошо знал территорию завода и объехал цех. Только повороты осуществлял не плавно, а рывками. То ли опыта мало, то ли к самоходке не приноровился.
Они миновали один цех, второй. Здесь Карл остановился: в цеху справа немцы засели и вели автоматный и пулеметный огонь по красноармейцам, находившимся в небольших зданиях. Наверное, раньше тут были насосные или подсобные помещения.
Несколько винтовочных пуль со звоном ударили в броню, не причинив ущерба.
— Езжай прямо, потом разворот на сто восемьдесят градусов!
— Понял!
Самоходка двинулась вперед. Через смотровую щель Сергей увидел, как несколько красноармейцев побежали в разные стороны. А чего бояться? На самоходке пулемета нет, а из пушки по одиночному бойцу стрелять не будешь.
Когда самоходка начала разворот, Сергей уперся руками в броню – приложиться еще раз головой ему не хотелось.
Он припал к прицелу. Оптика была отличной, и расстояние мало – сотня метров. Покрутив маховичком, он увидел в проеме окна пулеметчика и нажал кнопку спуска.
Громыхнуло здорово. Затвор открылся и выкинул стреляную гильзу. В рубке запахло порохом, она наполнилась дымом, и в горле запершило.
— Попал! — закричал Карл. — Прямо в окно угодил!
Взрыва Сергей не видел. Когда прозвучал выстрел и казенник пушки резко пошел назад, он в испуге отшатнулся. Куда попал, был ли взрыв? Оказалось, снаряд осколочно-фугасный, долбануло здорово.
Сергей загнал в ствол еще снаряд и, не целясь, выстрелил. Теперь он услышал взрыв. Припал к прицелу: из окон цеха, проломов валил дым.
— А, не понравилось! — закричал Сергей.
Стрельба с обеих сторон прекратилась. Немцы были шокированы – их самоходка бьет по своим! Перепились они, что ли?
И наши бойцы понять ничего не могли. Думали – конец им, когда самоходка пришла, а она развернулась и по немцам огонь ведет.
Сергей же снова зарядил пушку – чего жалеть чужие снаряды? Он повел стволом вправо, увидел мелькнувшее лицо под каской и нажал спуск.
После трех выстрелов в рубке нечем было дышать от газов. Сергей открыл верхний люк, иначе можно было бы задохнуться.
И тут сзади, по броне, постучали:
— Эй, славяне?
Сергей открыл задний люк: перед ним, с закопченным лицом, в телогрейке, стоял боец.
— Чего тебе?
— В левый угол стрельните. Пулеметчик у них там, головы, сволочь, поднять не дает.
— Сделаем!
Сергей загнал снаряд в ствол. Он уже начал крутить маховик горизонтальной настройки, но угол обстрела был маленький.
— Карл, доверни корпус влево.
