А я как никогда ясно осознала, что макияжем привычно пренебрегла, а последние часы провела посреди мангровых зарослей. На мне было не слишком свежее платье, туфельки заляпаны грязью, а волосы растрепались, и выбившиеся из прически прядки липли к разгоряченной коже.
Если Джейден всерьез считал, что мне понадобится некоторое время, а не прохладная ванна и тонна декоративной косметики, то он абсолютно ничего не понимал в женщинах.
- Знаете, я ведь задумывал не просто экзотических танцовщиц, — Джейден облокотился о распахнутую дверцу автомобиля и потер пальцем бровь. — Будем честны, танцовщицы в национальных нарядах — самая ходовая тематика, но потому-то она и скучна. У любого скульптора, занятого стилизацией под ар-деко, найдется статуэтка-другая. Спрос не позволяет отойти далеко от банальных тем, но любой китч можно доработать так, что он будет казаться оригинальным. Например, если темой серии будут не просто танцовщицы, а… вам знакома история религии древнего Ньямаранга?
Я начинала понимать, к чему он клонит, и окружающая темнота отчего-то стала восприниматься острее — до холодка по спине и гусиной кожи.
- Вы о жрицах, которые совершали человеческие жертвоприношения в танце, чтобы призвать смену сезонов?
- Жрицы-коломче, — с облегчением кивнул Джейден. — Звучит жутковато, поневоле радуешься, что эти темные века остались позади… но именно в этом и заключается вся прелесть, не правда ли? Когда-то появления жрицы ждали с благоговейным страхом, а сегодня мы можем смотреть на них как на часть истории и видеть в них что-то новое.
- Эстетика ужасного, — нервно хмыкнула я. — Теперь понимаю, почему вы обратились именно ко мне.
Палец Джейдена неспешно обвел по контуру круглую кнопку спуска.
- Вы мне не верите, — спокойно констатировал он, — как не верите в собственную красоту, потому что мода диктует, что красивой может считаться женщина со строго определенными параметрами, накрашенная строго определенным образом, с прической, выбранной из перечня одобренных журналами, одетая в платье строго определенной выкройки… конвейерная женщина. Серийный образец.
Джейден помолчал, и в движениях его пальца, снова и снова обрисовывающего контур кнопки, мне почудилось что-то на редкость непристойное.
- Я не буду с вами спорить и пытаться разубедить, — сказал он наконец и небрежно бросил фотокамеру на сиденье, и я подавилась вздохом от возмущения. — Смена убеждений — это работа не на один год, а вера в себя не появится от слов едва знакомого человека. Лучше я приглашу вас в Национальный музей Ньямаранга, — неожиданно заулыбался Джейден, — и вы своими глазами посмотрите на изображения жриц-коломче. Когда-то они считались образцом красоты и силы, символом связи людей и их земли. Вам будет полезно взглянуть, да и мне не помешает освежить впечатления. Что скажете, миз Марион?
Я собрала в кучку разбегающиеся мысли и мысленно обложила последними словами свою госпожу с ее гениальными идеями.
- Пригласите леди Линдсей, — посоветовала я, — иначе это будет неуместно.
Джейден повеселел и наконец-то спохватился, что вести длинные беседы о женской красоте посреди темной дороги в непосредственной близости от густых кустов — еще неуместнее, и меня наконец-то усадили в машину. Я устроилась на кожаном сиденье и обреченно подумала, что Линдсей примет приглашение раньше, чем Джейден его озвучит.
Я не ошиблась в своих ожиданиях. Линдсей отнеслась к совместному походу в музей с таким энтузиазмом, словно Джейден пообещал ей не экскурсию по кровавым вехам истории Ньямаранга, а собственноручно написанное признание в злонамеренном убийстве Саффрон Кроуфорд, ограблении банка и оскорблении Его Величества — с вензелями, виньетками и красочными иллюстрациями.
Меня после этого уже никто не спрашивал. Компаньонка шла бесплатным приложением к воодушевленной леди.
А Линдсей не преминула потребовать экскурсию уже на следующий день. Будь ее воля, мы бы были в музее к его открытию, но правила приличия не позволяли леди устраивать выходы с утра пораньше, и пришлось ждать второй половины дня. За обедом Линдсей уже сидела как на иголках и не говорила ни о чем, кроме своего нетерпения, пока леди Изабель не сделала ей замечание. Это несколько охладило пыл, но приезду Джейдена Линдсей обрадовалась так, словно собиралась за него замуж по великой любви, а не изыскивала поводы, чтобы отложить помолвку, всего-то пару дней назад.
У меня щегольской темно-синий автомобиль с белой крышей теперь вызывал какие-то на редкость нездоровые ассоциации, но я героически придержала их при себе и залезла на заднее сиденье без лишних комментариев — даже когда обнаружила там уже знакомую фотокамеру, любовно запрятанную в кожаный чехол.
