Колл не на шутку разволновался. Алма была вне себя от восторга, когда Аарон объявился в Ордене Беспорядка. Она жаждала получить в свои руки творца. Колл вспомнил, как она пыталась уговорить Аарона вернуться в Орден, чтобы она смогла экспериментировать на нем. Теперь же мастер Руфус практически презентовал ей его на блюдечке.
– Хорошо, – медленно и без малейшего энтузиазма в голосе произнес Аарон.
– Но ведь мы же будем заниматься здесь, да? – судя по ее тону, Тамара разделяла опасения Колла и не хотела оставлять Аарона одного.
– Мы будем в соседней комнате. – Мастер Руфус махнул рукой, и в каменной стене с громким стоном появилась трещина, которая все расширялась и расширялась, пока не превратилась в проход, достаточный для того, чтобы они с Тамарой могли пройти. Руфус повернулся к Алме: – Дай знать, если вам что-нибудь понадобится.
– Мы справимся, – ответила она, бросив взгляд на Колла и Аарона.
Колл смотрел, как мастер Руфус и Тамара уходят в соседнюю комнату. В отверстии в камне, что создал Руфус, они выглядели ужасно далекими и недоступными. Тамара пыталась что-то сказать Коллу жестами – она распахнула глаза и сложила ладони в нечто, похожее на умирающую птицу, но тут камень сомкнулся, и они оба пропали из виду.
Лишенный иного выбора, Колл повернулся к Алме.
– У вас обоих на лицах написан крайний скептицизм, – со смехом сказала она. – Я вас не виню. Хотите, скажу кое-что, что вас удивит? Мастер Руфус никому не сообщил о том, что пригласил меня вас учить. Ни мастеру Норту. Ни Ассамблее. Никому. Орден Беспорядка сегодня не пользуется особым уважением, как и я.
– Вы угрожали моему волку, – сказал Колл. – И моему другу.
Алма не перестала улыбаться.
– Надеюсь, твой друг не обижается, что первым ты упомянул волка.
– Не обижается, – сказал Аарон. – Колл знает, что я могу о себе позаботиться. Но никто из нас вам не доверяет. Надеюсь, на это вы не обижаетесь.
– Ничего иного я от вас и не ждала, – Алма попятилась, пока не уперлась спиной в каменный стол Руфуса, и скрестила на груди руки. – Два творца, – сказала она. – В последний раз, когда одновременно жили два творца, это были Константин Мэдден и Верити Торрес. И закончили они битвой на смерть.
– Ну, с нами это не случится, – отрезал Колл. Алма начала его по-настоящему раздражать.
– Два творца в одном Магистериуме, в одной ученической группе – вы представляете, что приходится терпеть Руфусу от других мастеров? Они думают, что он каким-то образом обманул их на Железном испытании. – Она фыркнула. – Особенно это касается выбора тебя, Колл. Выбор Аарона был очевиден, но ты – это совсем другое.
– Мы будем учиться или как? – не выдержал Аарон. – Чему-то кроме слухов, я имел в виду.
– Возможно, тебе предстоит самый важный урок всей твоей жизни, творец, – резко ответила Алма. – Я научу вас видеть души.
Глаза Аарона расширились.
– Вы противовесы друг друга, – продолжила она. – И вы оба маги хаоса. Каждый из вас может призывать магию пустоты, и поэтому на ваших браслетах эти черные камни, но, полагаю, вам и так твердят об этом с самого момента раскрытия вас как творцов. Но вам также доступна и иная магия. Магия душ. Человеческая душа есть противоположность хаоса, пустоты. Душа есть все.
Глаза Алмы пылали фанатичным огнем. Колл покосился на Аарона, тот выглядел возбужденным.
– Большинство людей никогда по-настоящему не смогут увидеть чью-то душу, – продолжила Алма. – Мы работаем вслепую, в темноте. Но вы можете ее увидеть. Колл, Аарон, встаньте друг напротив друга.
Колл повернулся лицом к Аарону и с некоторым удивлением обнаружил, что они были почти одного роста; а ведь он всегда был чуть ниже друга. Видимо, вытянулся на дюйм или два.
– Взгляните друг на друга, – сказала Алма. – Сконцентрируйтесь на том, что делает стоящего напротив вас человека им. Представьте, что можете видеть сквозь кожу и кости, кровь и мускулы. Вы смотрите не в сердце, но куда-то много глубже. – Ее голос лился, как колыбельная песня. Колл уставился на рубашку на груди Аарона, не понимая, что он должен был увидеть. На рубашке было темное пятно от пролитого Аароном в столовой чая.
Он быстро поднял взгляд на уровень глаз Аарона и увидел, что тот смотрит на него. Оба не сдержали улыбок. Колл постарался сосредоточиться. Что делало Аарона
Взгляд Колла сместился. Он все еще смотрел на Аарона, но одновременно с этим видел внутри его. Внутри Аарона был свет, свет такого цвета, что Коллу еще никогда не приходилось видеть. Он не мог его описать, этот новый для себя цвет. Свет смещался и менял форму, точно всполохи на стене от огня лампы в руке шагающего человека.
