Свободная рука ложится мне на живот, ползет вверх, задирая кофту. Оставляя на коже невидимые ожоги, он включает все точки в организме отвечающие за возбуждение. Дергает чашечки лифчика наверх, сжимает в руке полушарие груди.
— Не вырывайся, я только немного поласкаю, — рычит в губы, когда я накрываю его пальцы, пытаясь их остановить. — На прикосновения был уговор, — жадно впивается в основании шеи, не желая слушать протестов. Подушечкой большого пальца гладит сосок. Сдавливает, перекатывает между пальцами.
Я хотела бы возмутиться, но Демон так виртуозно играет на моей чувствительности, что я забываю обо всем.
Целует шею, с рыком прикусывает кожу, оставляя на ней следы, будто ставит метки. Без внимания не остается вторая грудь. Его язык добирается до моего уха. Закусываю губу, пытаясь проглотить стон.
В его объятиях я перестаю принадлежать себе. Сжимаю бедра, потому что там становится влажно и горячо. Растворяюсь в ощущениях, я не способна анализировать свое падение. Ведь в данный момент я падаю на дно, придавая свои принципы. Если бы в тот момент я вспомнила, что мы стоим у остановки, пришла бы в ужас и грохнулась замертво.
Может, когда-нибудь я пойму, почему тело так остро реагирует на его близость. Верила бы в реинкарнацию, подумала, что в прошлой жизни мы были связаны с Демоном. Где-то я знатно нагрешила, что в его лице последовала карма.
Кресло неожиданно опускается, хватаюсь за плечи Демьяна, столкнувшись с ним взглядом. Усмехается, понравилась моя реакция. В глазах темное пламя дикого желания. Хватаю ртом воздух, становится немного страшно, когда он прижимает своим телом к креслу. Не дает погрузиться в эти эмоции, поддается вперед, обжигает губы горячим поцелуем.
Рука с груди ползет вниз, ласкает плоский живот. Приятно, но не так волнующе. Хочется попросить его пальцы вернуться к чувственным соскам. Позволяю своим рукам ожить на его плечах. Ласкаю, зарываюсь в короткий ежик волос на затылке. Отвечаю на поцелуи. Наши стоны сплетаются. Мой высокий и его низкий.
— Пздц, как я хочу тебя, — рычит Демон. Ликую, мне нравится, что он тоже сходит с ума. Потом, когда я отрезвею, надаю себе мысленных затрещин и напомню, что я одна из многих. Что таким, как Кайсынов нельзя отдавать тело, они заберут и душу.
Пальцы Демьяна ныряют за кромку моих джинсов. Я похудела, поэтому штаны свободно сидят на мне, его рука без труда пробирается мне в трусики.
— Нет, — сжимаю бедра, чтобы он не понял, насколько я там мокрая. Мне стыдно, а телу все равно. Оно желает получить удовольствие.
— Не надо, Раяна, — злится. — Слово даю, не попросишь, ничего не будет. Я только поласкаю. Хочу словить твой оргазм. Пусти, — прожигает меня своим бешеным взглядом. — Только поласкаю, — уговаривает сквозь сжатые зубы. — Бля, дай мне хотя бы это! — его словно ломает.
Демон ловит момент, когда я уступаю. Черты его лица расслабляются. Отвлекая поцелуем, расстегивает пуговицу на джинсах, тянет вниз молнию.
— Разведи немного бедра, — низкий голос заставляет мурашки разбегаться по коже. Проходится пальцами по складкам. — Бля, — зажмуривается. — Как мне держать свой член в штанах, когда ты там такая горячая и мокрая? — резко втягивает носом воздух. — Не зажимайся, я ведь сказал, что не трону!
Палицы там оживают. Точные движения и сила нажатия на самой эрогенной точке почти отправляют меня в полет. Выгибаюсь на сидении, упираясь острыми сосками в грудь Демона. Одежда не способна притупить остроту моих ощущений.
— Не так быстро, сладкая. Я хочу кайфануть от твоих стонов, если мне большего пока не дают, — раздвигая складки, он скользит ниже, проталкивает в меня сначала один, потом второй. — Пздц, какая ты там тугая, — кусает за ключицу. Пальцы приходят в движение. Проникают, давят на стенки. Демон целует так жадно, что мне не хватает дыхания, не успеваю глотать воздух.
Пальцы двигаются, растягиваю стенки, ласкают вход и снова проникают в меня. Хватаю пересохшим ртом воздух, потому что не могу больше сдерживаться. Эта пытка длится бесконечно. Ощущаю себя порочной и развратной.
— Давай, улетай, жестокая девочка, — надавливает на клитор и отправляет меня в небо рассыпаться миллиардами частиц.
— Ты даже кончаешь красиво, — впивается в мои губы. Мое тело еще дрожит, Демон ласковыми касаниями оглаживает припухшие складки. — У меня яйца лопнут и в этом будешь виновата ты. — рыча. Вытаскивает свои пальцы из моих трусиков, на них блестит влага. Подносит к моим губам, требовательным голосом: — Оближи, — они оказывается у меня во рту. — Уверен, ты вкусная, — Вытаскивает и сам облизывает, а потом впивается в мой рот…
