— Розовая сочная киска… — пальцы заменят язык. По мне проходится разряд нереального удовольствия, с губ срывается всхлип, ноги не хотят держать, но раскрытая сильная ладонь на животе не дает съехать по стенке. Вжимая меня в стену рукой, Кайсынов посасывает мой бугорок наслаждения, в котором сейчас оголились все нервные окончания. Царапая зубами, он тут же всасывает клитор в рот, кружит по нему языком. Ему нравится, что я стону до хрипа. Оргазм где-то рядом, но Демон не дает мне кончить, останавливается, как только чувствует предоргазменные судороги. Я зарыдать готова. Хочу помочь себя пальцами, не пускает. Сжимает и отбрасывает их в сторону. В глазах демонский блеск, доволен гад собой.
— Дай мне кончить! — срываюсь и бью его по плечам, другой рукой хватая за волосы, вжимаю в свои складки. Меня всю трясет. Если бы он лизнул там еще раз, я бы разлетелась.
— Только на моем члене, моя девочка, — поднимается на ноги, стаскивает штаны вместе с трусами, оставляя их на щиколотках. Подхватывает меня под ягодицы, царапаю спину о штукатурку, когда он аккурат опускает меня на свой член, стенки влагалища уступает жесткому напору, со стоном впускаю в себя его головку. Резкий толчок и он проникает на всю длину.
— Ох… — закатывает глаза, стон через сжатые зубы. — Твоя дырочка создана для меня. Обхвати меня ногами. После того, как я выполняю просьбу, Демон срывается. Жестко насаживает на себя, словно куклу. Мне все равно, потому что спираль заново закручивается и через десяток глубоких толчков, которые проникают до самой матки и затрагивают там эрогенные точки, я наконец-то себя отпускаю. Кричу, сжимаясь на его члене.
Он ругается, сложно удерживать кончающую девушку на весу.
— Я в тебя сейчас кончу, Раяна, тормози немного! — можно подумать я могу остановиться! Три мощных толчка, мне даже чуток больно от их глубины, Демьян вырывает член из влагалища и заливает мой живот спермой. Уперевшись лбом в мой лоб дает время пережить удовольствие, что еще легкими судорогами отзывается в теле. Не сразу ставит на ноги, знаю, что не устою. Скидывает штаны с трусами, чтобы не мешали при ходьбе, несет меня на диван.
— Теперь горячая ванна и чай… — произносит он, но мы вновь начинаем целоваться.
Этот вечер я всю неделю прокручиваю в малейших деталях. Мы заснули вместе, а утром он отвез меня в общагу.
— Раяна, наше следующее свидание через неделю. В следующую субботу у меня бой, нужно подготовиться, — мое сердце замирает. Арес не обманул. — Если я буду отвлекаться на тебя, просру бой, а мне нужно его выиграть. Можешь неделю продержаться и не срывать меня? Никаких мужиков и непредвиденных поездок куда-нибудь! — прожигая тяжелым взглядом.
— Никаких мужиков нет. И поездок не будет, — мне было так страшно за предстоящий бой, что я готова была пообещать все, что угодно. — Нельзя отказаться от боя? — мой голос просел, беспокойство засело комом и не возможно его ни выплюнуть, ни проглотить.
— Нельзя. После этого боя я уйду из «Подземелья» — я верила его заверениям, но ничего не могла поделать с тревогой.
Пропищав: «Отлично», кивнула головой.
— Через неделю я тебя заберу, — я не стала уточнять, куда заберет и на сколько. Прощались мы минут десять страстно целуясь в машине. Когда шла в общежитие, прикладывала пальцы к припухшим губам, чтобы комендантша не увидела.
В универе поползли слухи, что мы расстались, поссорились. Были те, кто пытался подойти, спросить, правда это или нет.
Я не отвечала. Все у нас было хорошо. Демьян присылал цветы и сладости. Наши отношения перешли в формат романтики. Он писал каждый вечер.
«Как моя девочка?»
«Скучаешь?»
«Как только доберусь до тебя, затрахаю. Сама виновата, пробралась мне под кожу, поселилась в мозгах…»
Все его завуалированные признания я сохраняла. Перечитывала постоянно, пряча от Ники и однокурсников переписку. Моя любовь безусловна. Демон тот еще гад, но я не могу представить рядом с собой никого другого. расстанемся. Не только я поселилась в его мыслях, в моей голове Демьян стал полноправным хозяином, перетянув на себя все свободные от учебы мысли.
В пятницу после лекции я позволяю себе украдкой за ним понаблюдать, когда выхожу из аудитории. Словно чувствуя мой взгляд, он тут же смотрит на меня. Отворачиваюсь и спешу к выходу. За нами наблюдают мои однокурсники, думают, что мы поругались. А у меня просто сердце не на месте. Завтра бой…
В субботу я узнала, что значит «не находить себе места и сидеть на иголках». Ника уехала в город встретиться с матерью. Что-то говорила про Яна, а я молча поддакивала. Стыдно, но я даже не помню о чем шла речь. Все мысли были только о Демьяне и о его предстоящем бое. Тревога заползала в сердце ядовитой змеюкой, травит нутро, мне почти физически больно от изматывающих тревожных мыслей.
