- Думаю, что кто-то, все-таки, знает, Корнилиус, - вдруг объявляет блондинистый волшебник внезапно повеселел и, в шутку бросает: - Может быть, его опекун, Альбус Дамблдор, держит мальчика невольником где-то в Хогвартсе ...
- Нет-нет, это неправда! - расшевеливается старый колдун и рывком делает два шага внутрь комнаты, внезапно осознавая, что внимание всех присутствующих сосредоточенно на нём. - Я не знаю где Гарри, я не о нем думал, а ... Я ничего не понимаю ...
- Это означает, что, если кто-то бросил листок с именем Гарри Поттера, чтобы подставить его, или директора Дамблдора, или Турнир, должен отвечать по всей строгости закона! - включилась в разборки, и старая профессорша по Артефакторике, бывшая Министерская служащая, Гризельда Марчбэнкс. - В истории Тримагического Турнира есть упоминания о других подобных случаях, когда Кубок заставлял того, кто бросал чужое имя, самого участвовать вместо того, кого он хотел подставить.
Дамблдор начал выдергивать из бороды целые клочья белых волос.
Никто не замечал сидящего позади всех, на кресле у окна, отставного аврора, Аластора Грюма, который дрожал, как осиновый лист, и лишь открывал, и закрывал, как рыба на берегу, изуродованный шрамом рот.
Тем временем присутствующие уставились на эксперта по Турниру Мистера Крауча, ожидая от него подтверждение или отрицание слов мадам Марчбэнкс. Не задумываясь и на минуту, тот кивнул утвердительно и обреченным голосом говорит, что - да, уважаемая Гризельда, права.
Услышав это, силы покидают старого директора, и он начинает сгибаться, падая вниз. Его падению воспрепятствует бросившийся на помощь профессор Снейп, декан Слизерина.
На кресле у окна теряет сознание Аластор Грюм, профессор Защиты от Темных Искусств в Хогвартсе с этого года, но этого никто не замечает.
Люди начали галдеть и давать каждый свое предложения, как справиться с инцидентом, пока растерявшийся сильнее всех преподавателей, и местных, и гостящих, директор Дурмстранга, не смог перекричать всех:
- Я, в качестве директора и временного опекуна студентов Дурмстранга, разрываю контракт Между Кубком огня и любым моим студентом с именем Гарри, Гарольд или Гаррет, которого этой заявкой или любой другой подставили участвовать в Тримагическом Турнире. Да будет так!
Из поднятой палочки Каркарова вспыхнул сноп искр, подтверждающие, что слова приняты. В ответ, из Кубка вылетает еще один лист пергамента и сгорает во вновь вспыхнувшем пламени. Большой зал смотрел на представление, трепеща от любопытство, но сохраняя звенящюю тишину, чтобы кто-то из взрослым не пришло на ум, что студенты должны уже отправится в свои помещения.
Мадам Максим, не мешкая, повторяет клятву-разрывание своего коллеги, а за ней, удрученный Дамблдор произносит те же слова, чтобы люди не сомневались в его непричастности.
***
Оседая, наконец, на кресло у самого огня камина, чтобы согреться и прийти побыстрее в себя, несколько минут позже он поднимает затравленный взгляд на свою заместительницу и упавшим голосом спрашивает ее:
- Минерва, как такое могло случиться, что мистер Уизли успел бросить свое имя в Кубок?
- Не спрашивай меня, Альбус, я ни причем, - дернув подбородок с независимым видом ответила ему профессор МакГонагалл.
Корнелиус Фадж сверкнул глазами - тут, один за другим, с неба падали сюрпризы Турнира.
- Альбус, ты возрастной барьер поставил? - с неверием спросил министр.
- Корнилиус, не сомневайся, конечно же, поставил! - воскликнул старый колдун. Все директора поучаствовали в укреплении барьера.
- Скажи, тогда, как четверокурсник смог преодолеть его. Настолько слабым создали вы барьер или парень настолько силён магически?
- Ни одно, ни другое, мне кажется, - призадумался отвечая Дамблдор. - Но, давайте спросим у мистера Уизли, как он справился с защитой Кубка. Мистер Уизли, Рон, как ты успел добраться до Кубка огня, мой мальчик?
Рон заерзал на месте, пряча глаза от всех. Весь покраснев, он не знал, что ответить. Признаться, им, что он свое имя в Кубок не бросал, и сказать "Прощай" будущей славе и богатству? Нет уж. Надо, в кои-то веки, впервые воспользоваться советом близнецов.
- А я никакое сопротивление со стороны черты запрета не почувствовал, профессор Дамблдор.
Ведь все так и было, но случилось это не с ним, а теми оторвами, близнецами.
- Правду говоришь, парень? - сдвинув бровь высокомерно, спросил лорд Малфой.
Рон мог только кивнуть головой.
- Да, я бросил свое имя в Кубок огня и, раз меня выбрали, я буду чемпионом Хогвартса.
Вокруг рыжего мальчика вспыхнул красноватый свет и Контракт заключился.
В помещении ворвался еще один парень Уизли - Персиваль, который, с осени, работал в Министерстве Магии помощником и секретарем мистера Бартемиуса Крауча. Он одним рывком схватил своего младшего брата за плечи и тряхнул его так сильно, что последний, с перепугу, поднял глаза посмотреть и, ответить ударом в нос за такое грубое отношение к себе, но, увидев Перси, стушевался.
- Рон, откажись от этой затеи! - крикнул Перси брату. - Если с тобой что-то случится, мама мне голову оторвет и сотрет в порошок.
