Слушая своих товарок по несчастью, Назан думала про себя, что она не может отказаться от покровительства Недиме. Ведь та столько времени делила с ней хлеб-соль! Было бы просто нечестно отвернуться сейчас от неё.
Назан покинула толпу возбуждённых женщин и поплелась в свою камеру. У неё, как всегда, было виноватое лицо.
— Так вот оно что! — размахивая кулаками, встретила её Недиме. — Кто-то там пришёл, а ты и нос задрала!
Назан растерялась и ещё не успела сообразить, что ответить, как получила оплеуху. Недиме отшвырнула её к стене. Назан повалилась на пол, а Цыганка в исступлении начала топтать её ногами.
— Посмей только рот открыть, придушу, как котёнка, шлюха! — шипела Недиме.
Даже не пытаясь подняться, Назан заслонялась руками от сыпавшихся на неё ударов и плакала.
— Если б ты не была дерьмом, — орала Недиме, — этот рогоносец не прогнал бы тебя! Получила пинок в зад, значит, заслужила. Не сумела жить с мужем, так привыкай теперь к нашим порядкам. Думаешь, муж наймёт адвоката, и всё? Станешь чистенькая? Ха! Расскажи это моим башмакам, и те будут смеяться. Ты понимаешь, потаскуха, что значит печатать фальшивые деньги? Да самое маленькое, что ты огребёшь, — это пятнадцать лет.
— Я ж не говорила, что меня выручат отсюда, — пробормотала Назан.
— Заткнись! Не то все космы повыдеру, узнаешь, как разговаривать! А ну, вставай! Скоро стемнеет, а у тебя ещё вон сколько белья не развешано.
Назан утерла глаза подолом арестантского халата, взяла таз и отправилась на тюремный двор.
Солнце клонилось к горизонту.
«Не высохнет, так пусть хоть немного проветрится», — подумала Назан и стала развешивать рваное тряпьё.
Арестантки наблюдали за ней и по-своему жалели. Одна из них, по имени Фериха, осуждённая за прелюбодеяние и уже два месяца сидевшая в тюрьме, сказала:
— Вот дура! Не может отцепиться от хвоста этой ведьмы!
Тихоня Меляхат рассмеялась:
— Посмотреть бы, как ты отцепишься, если она возьмёт тебя в оборот!
— Не приведи аллах! Мне осталось здесь маяться ровно месяц — день в день. А потом… брошусь в объятия моего Бурхана…
— А мужа куда денешь?
— Какого там ещё мужа! Ему бы самому впору найти себе мужика.
Раздался взрыв смеха.
— Над чем смеётесь, распутницы? — спросила, подходя к ним, Недиме.
— Да вот Фериха сон рассказывает…
Назан развесила бельё и, пройдя мимо примолкших арестанток, возвратилась в камеру. Она уже забыла о побоях и ругани Недиме. Вновь и вновь припоминала она подробности свидания с мужем. Ведь он обещал прислать адвоката! Значит, ей дадут небольшой срок. И Назан уже строила планы, как она, отбыв наказание, поедет повидаться с сыном…
А может, муж примет её обратно? Ведь вот приехал сюда… Нанимает адвоката… Дал для неё деньги начальнику тюрьмы. Эх, надо б ей получше обо всём расспросить его, а она потеряла время на слёзы…
— Ну-ка, пошевеливайся, свари мне кофе! Да хорошенько воду вскипяти!
Окрик Недиме вернул её к действительности. Назан бросилась к мангалу и принялась раздувать едва тлевший хлам, заменявший здесь уголь.
Недиме наблюдала за ней, сидя на нарах. Только сейчас она почувствовала, как привязалась к Назан. Эта женщина принадлежала ей и днём и ночью. И вдруг объявился другой повелитель! Сердце Недиме разрывала ревность. Попадись ей в руки этот паршивец, придушила бы его!.. Ишь, что задумал — выгородить свою девку! Ну, нет. Не бывать тому!
«Придумаем что-нибудь, — сказала сама себе Недиме. — Навалим на эту дурёху другие грешки! Что ей лучше подсунуть: гашиш или опиум? Да всё едино, лишь бы его нашли. Уж тогда ей добавят!..»
Взяв из рук Назан чашку кофе, Недиме сказала, стараясь придать голосу заботливый тон:
— Ну-ка, принеси свою посудину!
Назан робко протянула кружку, и Цыганка отлила ей половину кофе.
— Пей! И давай помиримся.
Назан опустила глаза, на которых ещё не просохли слёзы. О, как возбуждал Недиме беспомощный вид этой женщины! Если бы в камере не было арестанток… Она готова была схватить Назан и задушить в своих объятиях.
— Эта несчастная до сих пор стоит перед моими глазами. Она человек конченый! — говорил Мазхар, разбавляя водой ракы. — Ей даже в голову не приходило, что кто-то может позаботиться или хотя бы вспомнить о ней… Посмотрела бы ты на неё, когда она увидела меня! Нет, кто бы там что ни говорил, а Назан была вовлечена в преступление по неведению. Я изучил её дело. Просто поразительно, с какой настойчивостью эти бандюги, стараясь выгородить себя, валили всю вину на неё!
— А с адвокатом ты уже разговаривал? — спросила Нериман.
— Да. Мы с ним давно знакомы — учились на одном факультете. И Нихат его знает. Я предложил коллеге деньги, но он наотрез отказался. Хороший парень!
Мазхар поднял рюмку.
Они сидели в греческом ресторане на одной из улиц Бейоглу. За соседними столами расположились семьи иностранцев. Они оживлённо болтали, ели, пили и громко смеялись.
Мазхар обвёл глазами зал.
