Алексей стоял, облокотившись на здание подземного перехода, создававшее приятную тень на открытой платформе. Рядом с ним расположились дачники, сидевшие кто на перевернутых ведрах, кто еще на чем-то. Солнце жарило нестерпимо, а на небе не было не единого облачка, за которым оно могло бы спрятаться. Журналист сунул руку в карман и достал из него пачку сигарет, попутно осматривая территорию вокзала, практически неизменившегося со времен СССР. В лучах яркого солнца, затертые до блеска рельсы стали яркими венами на сером гравии. Вдали он увидел чумазые от мазута цистерны, грузовые платформы и различные вагоны специального назначения, стоявшие на запасных путях. Ему вспомнилось размытое детское воспоминание, как он смотрел из окна плацкартного вагона на длинный состав бронетехники, присыпанной декабрьским снегом. Затем состав тронулся и покатил в даль, оставляя его с радостным воспоминанием об увиденной технике. Гнусавый голос вернул его в реальность, и парень сунул пачку сигарет назад в карман, так и не закурив. Часы на платформе показывали 14:55.
–А вот и мой поезд!– подумал парень, еще раз просчитывая в мозгу, а надо ли ему это.
Сидящие бодро зашевелились, разминая затекшие конечности, и начали выходить на платформу. Через минуту тепловоз подал свой громкий сигнал, и Алексей посмотрел на приближающийся к нему состав. Железный гигант оглушительно молотил дизелем, пыхтя и выбрасывая в небо огромную кучу черной сажи, которая осаживаясь на бортах и крыше, оставляла масляные следы.
–Кошмар эколога – пробубнил себе под нос парень, ощущая запах сгоревшего топлива.
Состав со скрипом остановился и Алексей поднялся в вагон, салон которого буквально пах аскетизмом. Стены были обшиты тем же ДВП, из которого делались кухонные гарнитуры при союзе, да грязные разводы на оконных стеклах, создававшие на полу причудливые тени, вот и вся обстановка. Журналист пробрался на место и, сняв рюкзак, сел на кресло, походившее чем-то на электрический стул в американской тюрьме. Поезд рывком тронулся, а на Лешу накатила тоска.
Глава II
18 марта 2009 г. Среда.
В большой многокомнатной квартире вечеринка была в самом разгаре. Большой стол был уставлен бутылками, подрагивающими от высокой громкости музыки. Никто из соседей не рискнул пожаловаться на вечеринку, зная владельца квартиры, хоть и находившегося в отъезде. Алексей смотрел, как несколько студентов внимательно изучают этикетку дорогого виски, из бара хозяина квартиры. Артем – сын владельца виски, как и многие богатые дети, пытался компенсировать недостаток родительского внимания, при помощи таких посиделок для своих друзей, всегда оставаясь в их глазах «мажором». Часть студентов расползлась по комнатам, остальные же покорно ждали своей очереди, стараясь еще больше обольстить своих подруг. Среди этой толпы был и его друг Федя, который уже «полировал» в одной из комнат свою новую знакомую. Алексей же все еще был девственником, старавшимся решить эту проблему как можно скорее, дабы больше не выглядеть неудачником в глазах окружающих, чьих имен он уже не мог вспомнить. Пытаясь «клеить» девчонку со своего потока, в надежде, что ему тоже сегодня перепадет, тогда еще студент журфака, выпивал одну за одной для храбрости. Сквозь дурман веселья Леша слушал, как кто-то хвалился своими мнимыми достижениями, стараясь произвести впечатление, а Артема, в прямом смысле, окучивала местная королева красоты, желая удачно пристроиться за чужой счет.
Леша нес пьяную чушь, а девушка Катя ему кивала в ответ, ожидая от него перехода к активным действиям. Мир перед глазами парня расплылся, он отключился и тут же пришел в себя, когда огненная, как ему тогда показалось, ладонь скользнула по его ширинке. Кровь в один миг вскипела от гормонов, разум отказался работать, но инстинкты подсказывали ему, что нужно делать. Алексей схватил Катю за руку, и выведя из-за стола потащил в сторону одной из комнат, в надежде, что она будет свободна. Ему повезло, и небольшая спальня оказалось свободна. Студент защелкнул замок на двери, по его телу, как электрический ток по проводам, бегала приятная дрожь, сердце билось в сумасшедшем ритме, от вида, как молодая девочка начала обнажать свое тело. Не слушающиеся от возбуждения руки путались в одежде, от чего ее просто хотелось разорвать. Ожидание перестало совпадать с реальностью. В глупых молодежных фильмах он часто видел, как поддатые молодые парни, видевшие женское тело первый раз в жизни справлялись на ура с поставленной задачей, но кино оказалось формулой идеального газа несуществующего в природе. В реальности же после ударной дозы спиртного его член, был вялым и унылым, как демографическая политика страны, в которой он жил. Девушка, сидевшая на измятой постели и видя картину, как он пытается победить презерватив своим вялым хозяйством, разразилась звонким хмельным смехом.
