– Сергей Петрович, пустите, пожалуйста, в отпуск – неожиданно для себя ляпнул парень, словно надеясь на скандал.
– А что? Я думаю, ты его заслужил – ничуть не смутившись ответил шеф, и перевёл взгляд с грибов на журналиста.
– И отпускные дадите? – спросил Леша, ожидая что теперь шеф точно сорвется.
Он и сам не понимал, зачем ему это было нужно, но ничего с собой поделать не мог.
– Что это ты так резко надумал уйти в отпуск, и на сколько дней, недельки хватит? – шеф хитро прищурился смотря на парня.
– Да вот решил со своими проблемами разобраться, только хочу на все положенные двадцать восемь дней уйти – как на духу ответил Алексей
Начальник обомлевший от такой наглости просканировал его с ног до головы. И уже хотел отказать ему, но взглянув на его обтянутый кожей череп, из которого на него поблескивая смотрели два холодных глаза решил отпустить парня, ощущая опасность исходящею от него.
– Отпускные не дам, жирно будет, попа слипнется еще ненароком, придешь с отпуска и получишь. А вот часть зарплаты так и быть выдам прямо сейчас – начальник достал пару купюр из толстого кошелька, номиналом по пять тысяч, и положил их на то место, где недавно стояла корзинка. Леша сгреб купюры, и те исчезли у него в кармане.
– Спасибо Сергей Петрович, корзинка вам в подарок, там у меня еще одна на столе пусть девчонки поделят между собой – неестественно улыбаясь, ответил Леша.
– Хорошо я им скажу, а теперь шуруй домой не мешай работать – сказал руководитель стараясь сохранять добродушный настрой.
– До встречи! – попрощался Леша, и собрался выходить.
– Ты…Ты через 28 дней должен выйти, и ради приличия заявление не забудь написать – сказал он явно не то, что хотел.
– Хорошо, а бумагу оставлю на столе – ответил он и выскользнул из офиса, мимо дам рассматривающих добычу.
Журналист не совсем понял, что же хотел сказать его шеф. Может извиниться за свой пыл, а может вернуть свое предложение назад, оставив его работать. Алексею было на все это плевать, накарябав заявление на листе он не чувствуя пол под собой вышел на улицу.
– Может я дошёл до горячки, и все это бред! Не бывает, что бы Петрович так легко согласился! – взорвался его мозг паникой.
Но вполне реальный гудок прервал мысли, от чего он поспешил покинуть дорогу. Словно на автопилоте, он добрался до магазина и отоварился по старинке пивом, взяв две канистры по пять литров и зашагал домой, не обращая внимания на взгляды окружающих.
–Ну, вот я и дома – грустно пробормотал он, закрывая за собой дверь.
Не разуваясь он прошагал в зал и побросав все на пол рухнул на жесткий зеленый диван. Достав из кармана запищавший мобильник, Алексей увидел на экране иконку конверта, не раздумывая он открыл сообщение, с неизвестного номера пришёл следующий текст:
– Я с Полиной уехал в Москву, буду через месяц.
Размахнувшись, журналист отправил сотовый на первой космической скорости куда-то в даль, и тот гулко грохнулся на пол где-то в районе кухни. Закурив сигарету и выпустив струю дыма, Алексей улыбнулся, ощущая на языке кисловатый привкус никотина.
– Пошёл ты Федя! – сказал он себе под нос, откупоривая канистру с пивом
Глава III
19 Июля. Четверг.
Все это время парень пробыл в хмельном дурмане, надеясь забыться. Сколько бы он не выпил – ему не прекращали сниться жуткие кошмары. Снилось как он стоит в круглой лаборатории, и смотрит на Дарью с прислугой, стоявшей в ярком свете идущем из коридора.
– Я доверила её тебе…– говорила она укором.
Он же пытался рассказать ей все, оправдаться, но слова будто терялись в горле, а затем его окружали погибшие бойцы, смотря на него холодным немигающим взглядом. Еще секунда и они набрасывались на него, начиная рвать в клочья его плоть. Этот сон снился ему редко, обычно снился тот, что он видел сейчас…
Резкая вспышка света ударила в глаза, освещая помещение ставшей ему ненавистной кладовки, стеллажи которой были плотно заставлены пустыми бутылками. Каждый раз, когда он видел этот сон, бутылок на стеллажах становилось все больше, а мертвец с жуткой ухмылкой подходил все ближе. Пелена от яркой вспышки растаяла, и покойник в белом халате стоял на расстоянии вытянутой руки от него. Мертвец неожиданно сделал рывок вперед и ледяными пальцами схватил журналиста за горло. Бездушный белый глаз внимательно всмотрелся в парня, пытаясь заглянуть ему в душу. Сквозь сдавленное горло не мог прорваться ни один звук, все попытки вырваться были тщетны. Алексею казалось, что все мышцы разом отказались подчиниться ему. Пугающая реальность сна грозилась довести его до сумасшествия. Холодная костлявая кисть ослабила хватку, и взгляд трупа сместился руку журналиста. Он ощутил как в неё вложили что-то острое. Покойник отпустил его горло, и развернувшись захромал на свое законное место, оставляя парня наедине с куском разбитой бутылки.
Что-то сверху громко рухнуло на пол.
– Аааа! – раздался приглушенный, женский крик.
