Это выглядело несправедливо (а для многих техно и полным издевательством), но такова реальность, с которой приходилось мириться.
Вернулся боец, принес два герметично упакованных пакета скучно серо-черного цвета.
— Держи, атаман.
Второй он протянул Полукровке.
Поблагодарив коротким кивком, Шрам одним движением вскрыл упаковку. Ничего особенного, стандартный паек, по ободку шла маркировка, сообщая о количестве калорий внутри.
Ему повезло, главных блюда: похлебка с говядиной и бобы со свининой, оказались весьма недурственными на вкус. Могло оказаться куда хуже.
При подходе срока годности интенданты устраивали распродажи с военных складов, обычная практика в странах техно.
Как правило все скупали посредники, перепродававшие потом рационы третьим лицам. Иногда везло и сроки годности едва подходили к так называемому «оранжевому пределу» (военные оставляли даты с запасом, на случай непредвиденных обстоятельств), иногда везло не очень и тогда приходилось жрать то, что давно уже перешло за красную черту.
Еда еще не становилась полностью испорченной, но была уже близко к этому состоянию, со всеми вытекающими последствиями.
Самое обидное, что военные кладовщики, перед тем, как отправить просроченную партию на продажу, срывали наклейки с коробок. На одиночных пайках даты почему-то не ставились и бесило больше всего. То ли ленились производители, то ли армия делала это специально. В любом случае, для конечных потребителей это всегда составляло проблему.
Хотя надо отдать интендантам должное: они никогда не продавали «рационы» с черными полосами, уже негодными в употребление. Наверное, на этот счет имелся какой-то закон. Вонючее, но еще не гниющее, продавай сколько угодно, но как только время на окончательный выброс — будь добр следовать должностным инструкциям.
— Гадость, — Полукровка поморщился, хлебнув из одноразовой пластиковой фляжки.
— Что там? — Шрам с интересом посмотрела на буро коричневую жидкость.
— Компот из сушенных фруктов. Или по крайней мере то, что должно быть, — маг с отвращением швырнул наполовину пустую жидкость в траву.
В последние годы в армейские пайки кроме обеззараживающих таблеток стали класть вот такие тюбики-пенальчики с различными напитками. Объем смешной — триста миллилитров, а места занимает много. На взгляд Шрама полная глупость. Проще обходиться таблетками и грязной водой.
С другой стороны, это у них здесь почти нигде нет проблем найти воду, летом много водоемов, осень-весна дожди (привет лужам), зимой растопить лед не составит проблем. Но техно среди прочего воевали в жарких странах, где вода являлась дефицитом и найти даже одну кружку могло вызвать серьезные затруднения.
— Ничего, скоро закончим и первым делом отметим это, — Шрам ткнул Полукровке кулаком в плечо.
Он знал, что помощник и друг раздражен вовсе не из-за дурацкого напитка, а из-за неопределенности, повисшей над всем отрядом.
Клановцы так и не сказали для чего они здесь. И зачем взяли с собой в качестве эскорта не своих красивых гвардейцев, а кучку полукриминальных субъектов, кому едва ли можно полностью доверять.
— Им зачем-то нужен Улей, — Полукровка помедлил. — Только непонятно зачем. Этого добра сейчас везде хватает.
— Здесь охраны почти нет, все плексы свалили на защиту соседних убежищ, — вспомнил атаман. — Может в этом все дело. Хотят захватить? Принц сказал, что каждый Улей связан между собой. Возможно это какая-то тактика в войне. Бросят в подпространственный туннель несколько бомб, они разлетятся по другим Ульям и там подорвутся. Раз — и одним ударом уничтожено половина военных баз противника.
— Военных баз? — Полукровка иронично приподнял брови.
Шрам пожал плечами.
— А что такое Ульи, как не военные базы? В крайнем случае — опорные пункты для удержания захваченных территорий.
Маг подумал и кивнул.
— Может ты и прав, и все это банальная военная операция, — он остро взглянул на командира. — Только почему тогда здесь мы, а не клановые воины, или на худой конец — не вояки техно? Зачем брать нас, платить дикую плату, и самое главное — посылать сюда принца, чистокровного аристо с поколениями предков, уходящими на сотни лет в историю становления колдовских кланов, — он покачал головой. — Не знаю, как ты атаман, а для меня все это выглядит подозрительно.
Шрам и сам знал это, и ничего не мог сказать против. У него оставался только один аргумент против немедленного ухода:
— Два кристалла.
Слова прозвучали и упали тяжелыми глыбами, Полукровка съежился, сразу став меньше. Настоящие кристаллы, богатство несравнимое ни с какими деньгами.
Ради этого и впрямь стоило рискнуть, подставив голову.
Впрочем, а чем они до этого занимались? Собирали огурцы на грядках, работая на овощных плантациях? Есть риск, есть и прибыль. По другому никак…
— Раз-два-три-четыре-пять, я иду тебя искать, — продекламировал я детскую считалочку, разглядывая проплывающие по небу облака.
Кассандра неодобрительно покосилась на меня. Мое несерьезное отношение к операции ей пришлось не по душе.