Бросок наудачу полностью

– Э… не-а, не думаю. – Затем добавляю со смехом: – Мы же минуту назад вошли в магазин! Господи, дайте мне оглядеться!

Я провожу пальцами по гладкой и шелковистой ткани и чувствую: меня начинает охватывать ожидание чуда. Никогда не любила наряжаться, но в окружении всех этих красивых бальных платьев… легко понять, как это увлекает других…

Перебрав несколько вариантов, я останавливаюсь у черного платья. Раздвигаю вещи вокруг него – вешалки шумно царапают металлический держатель. Это платье длиной в пол, без рукавов, с V-образным вырезом. Блестящий материал, придающий платью мягкое сияние, присобран на плечах и идет по лифу, изящно переходя на юбку.

Это очень простое платье. Но простота элегантная. Наверное, поэтому оно и приглянулось мне – без лишней напыщенности, без оборок, лент и прочего, и вместе с тем невероятное. Без лишних раздумий хватаю вешалку.

– О-о, Мэдисон что-то нашла! – на весь магазин раздается вопль Саммер, и я обнаруживаю ее неподалеку от себя. – Покажи?

Выйдя в проход, я прикладываю к себе платье и внезапно чувствую неуверенность, словно жду от девчонок одобрения.

– Черное? – Мы с Саммер оглядываемся на Тиффани, которая морщит нос, изучая платье. – Это слегка… слегка…

– Скучно? – подсказываю я с кривой улыбкой. – Траурно?

Она пожимает плечами, не отрицая ни одного из вариантов.

– Ну, может, тебе еще поискать, а? Что-нибудь цветное бы не помешало. Как насчет голубого? Бледно-голубой тебе будет к лицу.

– Вон там я видела нежно-голубое платье, – сообщает Мелисса.

Я вижу, как Тиффани открывает рот, намереваясь возразить, но меняет решение и вместо этого сжимает губы в жесткую линию. Она вытаскивает из ряда еще одно серебристо-белое платье и добавляет его к своей коллекции.

Я возвращаюсь, чтобы повесить платье обратно, а Саммер проходит по соседнему ряду параллельно со мной к ярко-фиолетовому платью.

Затем она едва слышно обращается ко мне:

– Мне тоже понравилось черное. Не убирай его.

Я моргаю, и она улыбается. И я оставляю себе черное платье.

Когда мы все идем к большим примерочным, у меня в руках одежды меньше всего. Я отобрала пято́к платьев от силы, в то время как остальные – не меньше десятка.

Кабинки с задернутыми шторами довольно просторные, все они расположены полукругом у стены с зеркалами и небольшими возвышениями, которые, как я полагаю, используются для подгонки наряда по фигуре. Здесь также есть несколько мягких сидений.

Войдя в кабинку, я развешиваю вокруг себя платья. Три светло-голубых, одно черное, одно мятно-зеленое и одно темно-бордовое. Все довольно простые, без особых украшений. Бордовое, пожалуй, мне нравится больше всего: оно без бретелек, с кружевным лифом, а в юбку вплетены такие красивые золотые нити. Но черное мне тоже приглянулось, хотя я и не могу объяснить, чем именно.

Сначала я примеряю зеленое, но оно не садится по фигуре. Прибавляет мне объем не там, где нужно, и не подходит к цвету лица. Я даже не выхожу показаться в нем девчонкам.

Из трех голубых платьев два варианта мои подруги одобрили, но я с большим разочарованием обнаружила, что бордовое не смотрится на мне так же хорошо, как на вешалке. Снова примеряю два голубых платья, пока девчонки копаются в кучах своих нарядов, но ни одно из них не приходится мне по душе. Решаю не брать их, а поискать что-нибудь еще в другом месте, и, высовывая голову из-за шторы, сообщаю об этом девчонкам.

– Но это платье бледного фиолетово-голубого цвета так тебе идет! – надувает губы Тиффани.

Киваю в знак согласия с ней.

– Но оно не так идеально на мне смотрится, как твое – на тебе, – замечаю я. На ней мерцающее серебристое платье с рукавами до локтей и расклешенной юбкой. Я хотела в основном отвлечь Тиффани, но платье действительно очень подходит к ее темной коже, и волосам, и большим карим глазам. Она улыбается мне и поворачивается, так что юбка развевается вокруг ног, а я тем временем исчезаю в своей кабинке.

Слышу, как Саммер объявляет, что выглядит старомодно в блестящем платье на тонких бретельках, а сама не отрываю взгляда от черного платья. Все остальные, которые не подошли, я перевесила на другую сторону, оставив только его.

Я решила все-таки его примерить. Хуже ведь от этого не будет, правда?

Материал скользит по моей коже, как вода, и я обхватываю себя руками, собираясь застегнуть молнию, но вспоминаю, что ее нет. Поначалу я не обратила на это внимания, но платье полностью открывает спину, если не считать двух тонких бретелек, которые идут крест-накрест от плеч до талии.

Я провожу по платью руками. Отправляясь по магазинам, я ощущала себя маленькой девочкой, которая только притворяется взрослой, но теперь все иначе. Мне по очень, очень непонятным причинам нравится это платье. Чертовски сильно.

«То что нужно», – думаю я про себя, улыбаясь отражению. Я знаю, что примерила только пять вариантов и впереди еще много магазинов, но это – то самое платье. То, в котором я хочу пойти на Зимний Бал.

Мне особенно нравится, как материал, присобранный на лифе, зрительно увеличивает грудь.