Я вздрогнул. Они и про это знают. Ладно. Я сделал морду лопатой и постарался ответить максимально нейтрально.
— Это был дополнительный фактор. Сразу после сноса мастерской я узнал, что трастовый фонд, оставленный мне прабабушкой, может перейти в мои руки только при условии наличия у меня высшего образования. Третьим дополнительным фактором было решение мирового совета о том, что бесплатное высшее можно получить только там, где окончил школу. Четвертым фактором является отсутствие финансовой поддержки семьи, есть только моральная. И пятым — ваш университет окончили оба моих родителя, и я считаю, что они неплохо обучены. Поэтому по сумме всего — ваш университет и ваш курс.
Гелий с Рудником заржали.
— Неплохо обучены, гляди-ка!
Лысый скривился. У Марго уполз в сторону уголок рта, но в целом она сдержалась.
— Нормальное жизненное решение, — кивнул Рудник. — Надо понимать, что до этого лета дела у вас шли хорошо.
— Более или менее, — мрачно кивнул я, вспомнив, как Скиф слил налево наши разработки.
— Здесь всё ясно, — перехватил инициативу лысый. — Вы в курсе, что ваше бесплатное образование потребует отработки? И всё это время ваш трастовый фонд будет болтаться без дела?
— Это без проблем, — улыбнулся я. — Пусть болтается.
— Риц уже работает стажером в нашем инкубаторе, — бросила Марго.
— И что, справляется? Это не он устроил ту аварию случайно? — хищно прищурился лысый.
— Нет, она сама устроилась, — вмешался Гелий. — Риц принимал участие в ликвидации.
— Почему он не отмечен среди отличившихся? — опять начал свою волынку лысый.
— Потому что списка отличившихся нет и не будет. Наш бардак — мы его и разгребаем. В этом нет никакого подвига, чистая рутина, — отрезал Гелий. — Иначе придется раздавать медали всем, кто моет у нас полы. Причем ежедневно.
— Хорошо, — вернулся ко мне лысый. — Тогда, собственно, главный вопрос. Чему вы хотите научиться?
Я постарался изобразить максимально преданный взгляд.
— Работать.
Сделал паузу, и понял, что преданный взгляд куда-то утекает, потому что мне и в самом деле интересно об этом поговорить. Но не с этим лысым перцем, а с Гелием и Марго.
— Работать правильно. Заниматься сложными проблемами, есть слона по частям — выращивать программы с нуля. Преодолевать длинные пути. Бегать на короткие дистанции я умею, тут у меня собственной дури хватает, а на длинные — нет. И я это только здесь, в инкубаторе, понял.
— Мир спасти не хотите?
— А? Мир спасти? Почему не спасти, если будет возможность.
Гелий с Рудником опять булькнули от смеха. А Красин покраснел и раскалился так, что, кажется, на его лысине можно было бы жарить яйца.
— Не хотите серьезно, да? Хиханьки вам и хаханьки. Так. Может быть, у уважаемой комиссии будут вопросы?
Гелий с Рудником качнули головами, а Марго скептически посмотрела на лысого.
— Тогда последний вопрос, — заявил лысый. — Как вы знаете, наша работа требует экспертизы в широком круге вопросов и быстрой реакции. Итак, задача. Идет дождь. Ворона летит по лесу. На какое дерево она сядет?
— На мокрое, — мне пришлось сделать над собой усилие, чтоб не заржать. Нас этой дурацкой загадкой еще в школе мучили.
— С реакцией нормально всё, мне кажется, — заметила Марго.
— Да, — признал лысый. — У меня нет вопросов.
Тут в кабинет за моей спиной кто-то заглянул.
— Заканчиваем уже, — махнул рукой Гелий невидимому собеседнику и уставился на меня. — Хотите спросить нас что-нибудь?
— Мм, а когда будут результаты? — выдавил я.
— Определенно не интересуется спасением мира, — ухмыльнулся Рудник.
— Мы постараемся побыстрее, — улыбнулась Марго. — Решение о финальном балле принимается коллегиально по каждому абитуриенту, иногда это занимает время.
— А какой у вас запасной план, если не пройдете? — опять возник вредный лысый.
— Никакого, — признал я. — Ваш курс в приоритете. В принципе я подавал еще на прикладное моделирование и андроидоведение, но…
— Андроиды и на этом курсе будут, — заверил меня Рудник.
— Мне кажется, можем отпустить человека, — бросила на него острый взгляд Марго.
Гелий со злым Красиным согласно кивнули, Рудник тоже возражать не стал. И я выкатился в коридор.
Другие претенденты уже скопились перед дверью. Швед запустил в кабинет следующего, закрыл за ним дверь и вышел со мной на улицу.
— Ну как? — спросил он.
— Чот я не знаю, — пожал плечами я. — По-моему, не очень.
— Сказал что-нибудь про спасение мира?
— Нет. Вернее, когда спросили, сказал, что попробую, если надо будет.
— Это ты зря. Школьники на выпуске сейчас все эссе пишут на тему, как спасти мир или, как минимум, сделать его лучше. Чего ты надулся? Я шучу. Это вообще необязательно. Тем более с твоим органическим баллом.
— А, кстати, я хотел спросить. Что это у меня за балл и как начисляются очки за за собеседование?
— По органическим баллам так. 50 — минимум. Меньше не берут, просто нельзя, человек не сможет расти. Средний у поступающих — обычно в районе 70. Так что твой — ого-го какой. У меня при поступлении даже близко такого не было.
— А сейчас у тебя какой? А у Гелия какой?
