Продолжение истории «Девушки с медовыми глазами».Лия, девушка с устаревшими в XXI веке моральными принципами, приходит в жуткий разлад с самой собой после встречи с новым одноклассником Тимом. Чтобы заполучить любовь парня, она опутывает себя рискованной клятвой перед Высшей силой. И добивается своего. После выпускного вечера девушка окончательно теряет голову и бесповоротно меняет планы на жизнь – отказывается ради любви от выбранной специальности и поступает на один факультет с Тимом.Но если мечта сбылась, почему девушку продолжают преследовать тревожные сны? Поймёт ли Лия посылаемые ей знаки? Кто её спасёт из уз заключённой сделки? Тайно влюблённый друг детства, новый знакомый? Тим, виновник клятвы? Или только сам Всевышний? А может быть, краска для волос? Опять.Не дай Бог некоторым мечтам сбыться.
Часть вторая
Не дай Вам Бог оказаться вблизи, когда плавится платина. Тысяча семьсот шестьдесят восемь градусов по Цельсию не оставят ни единого шанса на жизнь.
Редкий металл, добывая который, нужно спуститься почти в ад и устроить там настоящий взрыв. Её раздробили и стерли в порошок. Но самое интересное впереди, ведь не для того эту мадам достали из-под земли. У Ювелира на неё большие планы. И они несколько отличаются от её собственных.
Инертная платина не вступает в связь с другими элементами. Почти. Оттого и цена высока.
Вывести из твёрдого состояния сложно – температура плавления выше многих металлов.
Кто решится довести до кипения платину? Ведь никто не в силах выдержать её раскалённые брызги.
Давящая боль и резь в глазах не позволяют их открыть полностью. Свет кажется слишком ярким, а картинка – мутной. Я выжила после этой сумасшедшей ночи? От увиденных образов всё ещё пробегает мороз по коже. Наплыв воспоминаний вызывает бесконтрольные плач и дрожь во всем теле.
Слышу какое-то движение за спиной и оборачиваюсь. Шорох слишком громкий для такого простого действия. В кресле напротив моего неразложенного дивана сидит измученный Эрик, снял очки и потирает переносицу. Поверх полупрозрачных занавесок висит покрывало, хотя бы отчасти скрадывая невыносимый режущий свет.
– О, ты проснулась, – говорит Эрик, но, увидев мои слезы, подскакивает и становится на колени у моего лежбища. – Ну-ну, не плачь, пожалуйста. Всё хорошо. Всё уже позади. Напугала меня до смерти.
Не могу даже говорить о тех жутких видениях, которые больше всего на свете хочется обнулить в памяти.
– Ну-ка, дай посмотреть на твои зрачки. Так, сколько у нас прошло времени? – Он смотрит на циферблат своих спортивных часов. – Почти шестнадцать часов с моего приезда. Тебя сейчас должно уже отпустить, чего бы там не наглоталась. Ну и перепугала вчера своим звонком. Не думал, что ты увлекаешься чем-то тяжелее сгущёнки.
Эрик? Серьезно? Что он здесь делает? Хотя безумно благодарна за его присутствие.
– Это, наверное, смешной вопрос, но у меня только какие-то огрызки из воспоминаний. И не могу отличить, что было в реальности, а что только привиделось. Как ты сюда попал?
– Такому фонарному столбу, как я, раз плюнуть перемахнуть через забор. А входную дверь в дом ты не заперла. И вот он я. – Пожимает плечами. – Так, ладушки, тебе надо как следует поесть. Лежи, а я приготовлю завтрак. Хотя это уже, скорее, обед.
– Нет, пожалуйста, не оставляй меня одну. Мне очень страшно.
– Ты как? Сможешь встать? Тогда пойдем на кухню вместе.
Я киваю. Говорить совсем не хочется, потому что почти глотаю слезы, от слов они хлынут, как прорыв плотины. На мне вчерашнее небесно-голубое платье, жутко измятое. Ноги без колготок. Интересно, я сама их сняла, или это сделал Эрик? Припоминаю, как мое тело обтирали прохладным мокрым полотенцем, чтобы сбить жар.
При подъеме с дивана в глазах резко темнеет, но Эрик, предусмотрительно находится рядом и подхватывает под локоть. Он провожает в ванную и ждет снаружи. Ну и видок: какие-то совершенно бешеные глаза с размазанными тенями и подводкой, оставившей на щеках черные разводы, и мертвенно-бледный цвет лица с серым отливом. Переодеваюсь в отцовский банный темно-зелёный пушистый халат.
– Прости, я не шеф-повар с тремя звездами Мишлен, поэтому накормлю тебя омлетом и сосисками, если не возражаешь. Чай или кофе? В идеале, чтобы выгнать быстрее эту дрянь из организма, надо больше пить воды.
– Спасибо, но я буду кофе с молоком.
– Кстати, где твои родители? Нет, я, конечно, ничего не имею против, что ты обратилась ко мне за помощью. Это о многом говорит. Но всё же?
– Они уехали с малышами на озеро с ночёвкой. Вернутся только к вечеру. Потому и решилась вчера на такой отчаянный поступок.
– Так хотела свести счеты с жизнью? Я даже не догадывался, что у тебя серьезные проблемы. Ты казалась такой беззаботной и веселой. Вот так видишь человека каждое воскресенье, болтаешь о всякой ерунде, а потом хоп, и узнаешь, что он покончил с собой. Что случилось? Или не хочешь об этом говорить со мной?
– Прости, пожалуйста, я пока не готова. Слишком всё ярко в голове.
