Решительно откинув калитку, он направился к малюсенькому, но очень добротному каменному дому:
- Эй, хозяева! Есть кто дома? – громко воззвал он, - Мы тута кораблекрушение потерпели. Нам бы водицы испить…
Ответа не дождались, тогда Аким уверенно потянул входную дверь, которая тоже оказалась не заперта. Вася с Макаром вошли следом. Огляделись. Во всем домике одна единственная комнатка. Но чисто, прибрано, утварь и мебель изготовлены мастером, что однозначно указывает: люди здесь живут зажиточные. Оттого еще больше смущала стесненность проживания. С таким достатком домишко можно было построить и попросторнее.
В самой середине помещения за столом сидел человек. В возрасте мужчина. Волос седой, но осанка прямая, как бывает у людей родовитых, да и одежда с тонкой вышивкой сама за себя говорит. На столе перед ним чашка с напитком. В резной вазочке печенюшки. В блюде – фрукты. На дощечке резаный каравай хлеба. А еще сыра кусок, в глиняной плошке томится коровье масло, копченого окорока хороший шмат, да все переложено зеленью, отдельно поднос с вареными овощами, да куриные яички вареные, да подкопченная рыбешка, два кувшина, из одного тянет квасом, а из другого травяным чаем. В желудках у друзей заурчало, а рты мгновенно наполнились слюной.
- Хозявин, извиняйте, что без спросу, - Аким развел руки в стороны, обозначая доброту намерений, - У нас корабль потонул. На силу живыми выбрались. Нам бы чего покушать, со вчерашнего не ели…
Однако хозяин даже бровью не повел. Как сидел, так и сидит, уткнувшись взглядом в свою чашку с напитком.
- Вы уж не серчайте, - продолжал разливаться Аким, - Нам много не надо. Хоть бы хлебушка, и на то удовлетворимся. А мы, ежели что, готовы отработать, мы к работе способные…
- Акима, - Макар перебил излияния друга, - Мужчина этот похоже тебя не слышит.
- Да?
- Мертвый он, похоже, - пояснил Макар.
Он подошел ближе и всмотрелся в зрачок сидящего за столом человека.
- Сам не дышит. Глаз опустелый. Точно мертвый, - заключил убежденно, - Что делать будем?
Вопрос Макара скорее был к Васе обращен, но ответил Аким:
- Пожрем для начала, а там уж и решим.
Он начал хватать со стола и жадно есть. Вася с Макаром тоже скромничать не стали. Еда оказалась свежей, вкусной, а парни так оголодали, что даже мертвец их не смущал. Аким так и вовсе растерял остатки вежливости, хрупнул вареным куриным яичком мертвецу прямо по лбу, разбитую скорлупу принялся деловито счищать.
- Акима, имей совесть, - буркнул Вася с набитым ртом.
- Да я так, исключительно для опыта, - Аким отправил в рот очищенное яйцо целиком, - Уж больно странный какой-то мертвец. Я подумал, вдруг притворяется…
- Не. Не притворяется, - возразил Макар, - Но мертвец действительно странный.
Подкрепившись, они принялись за более основательный осмотр.
- Умер-то он не только что. Тело остывшее.
- Однако и заморозки на нем нет. Не холоднее других предметов.
- Но как-то уж больно хорошо выглядит. На мертвого совсем не похож.
- Тут ножичек на столе лежит. Может попробуем венку ему подрезать?
- Ни в коем случае. Мы и так наследили знатно. Хотя ножичек, пожалуй, приберем. Мертвому он ни к чему уже.
- А все ж таки нифрилом от него так и разит, - Аким обшарил мертвеца, но не нашел ни одной монетки, - Странно это.
- Слушайте парни, - Макар принюхался к чашке, которую мертвец придерживал рукой, - В одном кувшине квас, в другом – чай, а в чашке у него похоже простая вода.
- И впрямь вода, - согласился Аким, - Только не простая. Гляди как от нее нифрильной зеленью тянет. Вода похоже заговоренная.
- Это настой на нифриле. Я про такое слышал, - кивнул Вася и тут же хлопнул Акима по руке, - Не вздумай ее пробовать.
- Да я так. Только язык макнуть хотел.
- Ох, Акима. У тебя ни брезгливости, ни здравого смысла. Собрался пить после покойника?
- Вась, ты это серьезно сейчас? – однако тянуться к чашке Аким перестал, - Думаешь покойничек это пьет?
- Понятия не имею. Давайте-ка парни в соседний дом заглянем. Может там нам объяснят, что тут творится.
Однако в соседнем доме им ничего не объяснили. Картина там оказалась сходная. Разве только мертвец был не один, а сразу двое. По всему судя, супружеская чета. Пожилая женщина сидела в кресле качалке с вязанием, мужчина примостился на лавочке у окна, будто бы выглядывал во двор. В остальном все тоже самое. Посреди комнаты гостиный стол, на нем свежая еда и напитки, дом хорошо обставлен и тщательно прибран. Перед каждым покойничком чашка со все тем же нифриловым настоем.
Остаток дня друзья провели в исследовании странного острова и выяснили, что никакое это не поселение, а кладбище для богатых и родовитых. И не дома это были, а могильные склепы, только покойники были размещены в них с уютом, каким не каждый живой может похвастать. Имелась здесь и своя обслуга. Служки в коричневых балахонах ходили из одного склепа в другой: прибирали, мыли, выносили залежавшую еду и напитки, а следом заносили и расставляли на столах все свежее.
